Причём Семёнову и Коноплёвой были даны устные гарантии их личной безопасности. Нужно только найти человека, на которого затем падёт возмездие. Таким человеком выбрали Фанни Каплан. В эсеровских кругах её знали как даму, настроенную антиленински, к тому же отличавшуюся большой экзальтированностью. Лидия Коноплёва для обработки жертвы сразу же взяла Каплан под опеку, поселив жить на своей квартире. Ряд историков считает, что именно Коноплёва поставила Каплан на Серпуховской улице, в двухстах метрах от завода Михельсона. Стреляла же в Ленина сама Лидия Коноплёва.
В начале октября 1918 года чекисты арестовали Семёнова и Коноплёву. Это было как раз в тот период, когда Ленин поправлял здоровье в Горках, а всеми делами вершил Свердлов. Ясно, что в ходе следствия истинная их роль в организации и проведении покушения на Ленина прояснилась. Однако обоих отпустили. Мало того, в январе 1921 года Семёнов вступил в РКП (б). Его рекомендовали Авель Енукидзе, Леонид Серебряков, Николай Крестинский. В феврале того же года такой чести удостоилась Коноплёва. Рекомендацию в партию ей написал Николай Бухарин. Это ещё не все их «приключения».
В 1922 году Семёнов и Коноплёва выступили в качестве свидетелей на процессе над партией эсеров, являвшихся главными политическими конкурентами большевиков. Это был первый крупный политический процесс, при подготовке и в ходе которого широко использовались ложные показания и клевета. Парочка была осуждена и сразу же амнистирована. В 1927 году Семёнова направили далеко-далеко от Москвы, аж в Китай. Там он руководил военным отделом компартии Китая. Затем служил в разведуправлении РККА, работал в Маньчжурии и Испании. Имел воинское звание «бригадный комиссар». Был арестован 11 февраля 1937 года, расстрелян 8 октября того же года. Посмертно реабилитирован.
Лидия Коноплёва арестована была 30 апреля 1937-го, а расстреляна 13 июля. Обвинялась в тайном хранении архива правых эсеров. Реабилитирована 20 августа 1960 года.
Все эти факты стали известны только в 90-х годах прошлого века, когда исследователи получили доступ к ранее засекреченным документам.
5 сентября 1918 года вышло постановление СНК РСФСР, официально объявившее начало красного террора. Фанни Каплан к этому моменту в живых уже не было.
И одной только Фанни Каплан дело не обошлось. После принятия постановления Совнаркома «О красном терроре» только за 2 месяца было арестовано около 32 тысяч человек, более 20 тысяч ни в чём не повинных людей были брошены в тюрьмы, 6185 человек были расстреляны.
Нарком внутренних дел Григорий Петровский инструктировал местные органы власти: «Применение массового террора по отношению к буржуазии является пока словами. Надо покончить с расхлябанностью и разгильдяйством. Надо всему этому положить конец. Предписываем всем Советам немедленно произвести арест правых эсеров, представителей крупной буржуазии, офицерства и держать их в качестве заложников». Масштабы террора в Гражданскую войну трудно установить. Своими подвигами все хвастались, но расстрельно-вешательной статистики не вели. Однако же разница между тем, что творилось при белых и при красных, конечно, была — в масштабе террора и в отношении к нему. Белый террор был, скорее, самодеятельностью отдельных военачальников. А советская власть декларировала уничтожение врагов как государственную политику. Вот в чём новаторство большевиков: обезличенное уничтожение целых социальных групп и классов.
Ещё до покушения Ленин писал
В сентябре 1918 года представители дипломатического корпуса заявили протест против красного террора. Ответ наркома по иностранным делам Георгия Чичерина заложил традицию советской дипломатии — соединять откровенное лицемерие с наглой бравадой: «Нота, вручённая нам, представляет собою акт грубого вмешательства во внутренние дела России. Во всём капиталистическом мире господствует режим белого террора против рабочего класса. Никакие лицемерные протесты и просьбы не удержат руку, которая будет карать тех, кто поднимает оружие против рабочих и беднейших крестьян России».
