Стэнли. Вы не повесили трубку. (С подчеркнутой неторопливостью подходит к телефону, повесил трубку. Восстановив порядок, снова пристально смотрит на нее, по губам его медленно скользнула кривая усмешка, а сам он тем временем занимает позицию у входной двери, отрезав Бланш путь к бегству.)
«Синее пианино», звучавшее до сих пор еле внятно, ударило в полную силу, забарабанило. И тут же переходит в рев налетающего локомотива.
Бланш(вся согнулась, зажимает уши крепко сжатыми кулаками и так и остается, пока грохот локомотива не замирает вдали. Выпрямившись, наконец). …Пропустите… дайте пройти!
Стэнли. Пройти? Безусловно! Ну! …что ж вы стоите? (Отступил на шаг, стал в самых дверях.)
Бланш. Отойдите… вот туда. (Показывает куда.)
Стэнли(ухмыляясь). Мало вам места? …не пройдете?
Бланш. Вы загородили дорогу!.. Но я все равно уж как-нибудь да вырвусь отсюда.
Стэнли. Вы что, думаете, я покушаюсь на вашу честь? Ха-ха!
Вкрадчиво заговорило «синее пианино». Бланш отворачивается от него, в бессильном отчаянии махнула рукой. И снова джунгли взревели всеми своими дикими нечеловеческими голосами.
(Шагнул к ней; стоит, покусывает кончик языка, высунутый меж зубами. Тихо.) Сейчас подумаем… а почему бы и правда не побаловаться с вами… что ж, пожалуй, вполне сойдете…
Бланш(отступает в спальню). Назад! Не подходите. Ни шагу, а то…
Стэнли. А то?..
Бланш. Плохо вам будет – света белого невзвидите. Вот посмотрите!
Стэнли. Так что же вы выкинете теперь?
Оба уже в спальне.
Бланш. Добром вам говорю – оставьте, вы меня и так уже довели.
Он делает еще шаг вперед. Бланш схватила со стола бутылку, с размаху разбивает ее и решительно встает с ним лицом к лицу, крепко сжимая в руке отбитое горлышко бутылки.
Стэнли. Это еще зачем?
Бланш. Да так… исполосую вам физиономию вот этим острым концом.
Стэнли. Да уж, с вас станется.
Бланш. Увидите. Попробуйте только…
Стэнли. А-а… Так вот вы как, хотите – пропадать так с музыкой. Ну что ж, – милое дело! – будь по-вашему. (Бросился на нее, опрокидывает стол. Она с криком отбивается горлышком бутылки, нанесла удар, но он перехватывает у нее руку в запястье.) Ну и тигр… Ну и тигр! Да бросьте же вы это горлышко! Ну!.. Мы же назначили друг другу это свидание с первой же встречи.
Бланш застонала. Горлышко бутылки падает на пол. Она опускается на колени. Стэнли подхватывает это безвольно обмякшее тело на руки, несет на постель.
В «Четырех двойках» надсадно загнусавила труба под сурдинку, с грохотом рванул ударник.
<p>Картина одиннадцатая</p>Несколько недель спустя.
Стелла занята укладкой вещей Бланш. В ванной с шумом бежит вода из крана. Портьеры между кухней и спальней задернуты примерно лишь наполовину – так, что видно сидящих вокруг кухонного стола игроков в покер: Стэнли, Митч, Стив, Пабло. В кухне все точно так же, как в недоброй памяти покерную ночь, – та же атмосфера грубой, инфернальной мужской откровенности. А сам дом, все здание словно вставлено, как в раму, в сияющую лазурь безоблачного неба.
