Трамвай «Желание» полностью

Ее плач – уже сладкие слезы! – и его любовный шепот слышны все слабее и слабее за аккордами «синего пианино», которому подпевает труба под сурдинку.

Стив. В эту сдачу – семь на развод.

Занавес.

Сальваторе.

Виви.

Бруно.

Ассунта.

Роза делла Роза.

Серафина делла Роза.

Эстелла Хогенгартен.

Стрега.

Джузефина.

Пеппина.

Виолетта.

Отец де Лео.

Доктор.

Мисс Йорк.

Флора.

Бесси.

Джек Хантер.

Альваро.

Коммивояжер.

Этот час итальянцы называют «prima sera» – начало сумерек. Между домом и пальмой видна звезда, горящая почти изумрудным цветом. Соседки созывают детей по домам ужинать: материнские голоса доносятся то издали, то слышны вблизи: требовательные, нежные, как изменчивые звуки ветра и воды. Перед домом трое детей: Бруно, Сальвяторе и Виви, один с красным бумажным змеем, другой с обручем, а девочка Виви с куклой в клоунском наряде. Они присели на минуту, задрав голову кверху и заглядевшись то ли на птицу, то ли на самолет, пролетающий над ними, и как бы не слыша зовущие их материнские голоса.

Бруно. Белые флаги над постом береговой охраны.

Сальваторе. Значит, хорошая погода.

Виви. Я люблю хорошую погоду.

Джузефина. Виви!

Пеппина. Сальваторе! Домой!

Виолетта. Бруно! Домой! Ужинать!

Возгласы повторяются нежно, музыкально. Мы видим наконец интерьер дома. Серафина делла Роза лежит на диване в ожидании мужа Розарио. В простенке между занавешенными окнами любовно накрытый к ужину стол: на нем бутылка вина в серебряном ведерке для льда и огромная ваза роз. Серафина похожа на маленькую пухленькую оперную певицу в роли мадам Баттерфляй. Ее черные волосы, уложенные в высокую прическу, блестят как мокрый уголь. В волосах – роза. Чувственную фигуру облегает бледно-розовый шелк. На ногах нарядные комнатные туфли с блестящими пряжками и красными каблуками. По тому, как она сидит, полноватая, но не расплывающаяся, видно, что под платьем у нее надета грация. Она сидит в заранее продуманной позе, очень прямо, изящно скрестив ноги, и маленькие ручки держат бумажный веер с нарисованной розой. На пальцах, запястьях, в ушах, вокруг шеи сверкают драгоценности. В глазах – ожидание. Она будто позирует для картины. Возле крыльца появляется Роза, дочь хозяев дома, девочка лет двенадцати. Хорошенькая, живая. В каждом ее жесте неповторимое очарование жизни.

Серафина. Роза, где ты?

Роза. Здесь, мама.

Серафина. Ты что там делаешь, дорогая?

Роза. Я поймала двенадцать светлячков.

Слышен приближающийся хриплый голос Ассунты.

Серафина. Это Ассунта! Ассунта!