Серафина. Отвезите меня туда! Отвезите к ней! Сейчас, сейчас! (Ныряет в столовую, хватает нож из ящика и запихивает в сумочку. Затем бросается обратно, при этом лезвие ножа высовывается из сумочки.)
Альваро(замечая нож). Там надо за вход платить…
Серафина. Я заплачу! Везите меня туда, сейчас же!
Альваро. Самое главное в полночь начинается.
Серафина. Со мной все пораньше начнется.
Альваро. Главное шоу только в двенадцать.
Серафина. Я его сама начну. (Бросается к телефону.) Такси, такси, пожалуйста. Я хочу отправиться в казино. Да, подъезжайте к моему дому и отвезите в казино прямо сейчас… мой номер… какой у меня номер? О Господи, какой у меня номер дома? Шестьдесят четыре. Фронт-стрит, вот какой! Быстро!
Снаружи блеет козел.
Альваро. Баронесса, у вас нож из сумки торчит. (Хватает сумочку.) Зачем вам оружие?
Серафина. Отрезать язык у одной лживой бабы! Говорит, у нее на груди татуировка Розарио, а я осталась с рогами. Или я у нее сердце вырежу, или пусть она у меня!
Альваро. Ни у кого не надо сердце вырезать.
Доносится шум автомобиля. Серафина выскакивает на крыльцо.
Серафина(кричит). Эй, такси, такси, такси! (Автомобиль проезжает мимо. Со стоном она выбирается во двор. Альваро идет за ней с бокалом вина.) Что-то болит, где сердце…
Альваро(мягко отводя ее обратно к дому). Баронесса, выпейте вина на пороге вашего дома и поглядите на эту звезду. (Подводит ее к колонне портика и вкладывает в дрожащую руку сломанные очки. Она безропотно подчиняется.) Вы знаете, какая звезда? Венера. Единственная женщина на небе. Кто ее туда поместил? Мистер Сикарди, транспортный отдел Южной фруктовой? Нет, это Бог. (Входит в дом и вынимает нож из сумочки.) А ведь есть еще люди, которые ни во что не верят. (Поднимает трубку.) Эспланида семь – семь – ноль.
Серафина. Что вы делаете?
Альваро. Допейте вино, и я мигом все устрою. (По телефону.) Я хочу поговорить с Эстеллой Хогенгартен.
Серафина. Не говорите с ней, она все лжет.
Альваро. Только не Эстелла – она ведь честно в карты играет. Эстелла? Это Манджакавалло. У меня к тебе один вопрос. Сугубо личный. Это касается одного смазливого парня, шофера, он уже умер, но когда-то часто заглядывал к вам в казино. Его звали… (Оборачивается вопросительно к двери, где стоит Серафина.) Как его звали, баронесса?
Серафина(почти не дыша). Розарио делла Роза!
Альваро. Розарио делла Роза. (Пауза.) Правда? А, как жалко…
Серафина роняет бокал и бросается в гостиную с диким криком. Она выхватывает трубку у Альваро и кричит.
Серафина(гневно). Это жена его говорит! Что вы там знаете о моем муже, какие гадости?
Из трубки доносится резкий голос.
Голос(громко и ясно). Вы разве не помните? Я принесла вам розовый шелк на рубашку. «Мужскую рубашку?» – спросили вы, я ответила: «Да, для мужчины, он горяч и необуздан, как цыган». Но если вы думаете, это неправда, приходите сюда и сами увидите – татуировка… его роза – у меня на груди.
Серафина отстраняется от трубки, будто та охвачена пламенем. Затем с ужасающим криком швыряет телефон на пол. Спотыкаясь, как в тумане, направляется к изображению Мадонны. Альваро берет ее за руку и нежно усаживает на софу.
Альваро. Тихо, тихо, баронесса. Все пройдет, все пройдет через минуту. (Кладет подушку ей под спину, затем ставит телефон на место.)
Серафина(нетвердо поднимаясь). Комната… завертелась…
Альваро. Вам надо полежать немного. И еще знаете, что надо? Лед завернуть в полотенце – и на лоб. Полежите здесь, баронесса, я сейчас! (Идет на кухню.) Сейчас вернусь!
Во двор вбегает мальчик. Он становится лицом к пальме и громко считает.
Мальчик. Пять, десять, пятнадцать, двадцать, двадцать пять, тридцать…
