(А еще сразу же нанял частного детектива в Ташкенте – в нашу дивную новую эпоху глобализации это раз плюнуть, если у вас куча денег, конечно. Итог нулевой. Очередной пустой офис. Не удалось и выяснить, кто пополняет счет на Каймановых островах. Еще бы! Если уж власти не могут ничего отследить в налоговых гаванях, то я и подавно. Меня эта мысль про власти чертовски успокаивала.)
Через неделю после письма с шифром мне принесли проложенный пупырчатой пленкой конверт. По весу и размерами он напоминал кирпич. Внутри я обнаружил футляр из прочной черной пластмассы, а в нем – стальную коробочку, на которой красовалось нечто вроде наборного диска из семи концентрических колец. Изготовленные из разных металлов, они располагались вокруг чуть продавленной кнопки в центре. Эти кольца вращались по часовой стрелке и против с каким-то тихим щелканьем или стрекотом – ну, вы поняли, – а присмотревшись, я разглядел на них крошечные узоры из точек, с виду бессмысленные. Поперек коробочки проходил малюсенький, тоньше волоса, желобок, что как бы намекало на возможность ее открыть. Например, если верно расположить кольца на крышке. Вроде кодового замка на сейфе.
В посылке я нашел и записку от миссис Малверхилл, в которой говорилось, чтобы я берег эту коробочку как зеницу ока и отдал лишь тому, кто верно назовет пароль из прошлого письма.
Я даже просветил коробочку рентгеном – помог приятель, который работал в службе безопасности аэропорта. Только вот сканер на эту штуку не подействовал. Мой кореш вообще решил, что аппарат сломался, ведь коробочка даже не отобразилась на экране!
Что за черт? Выходит, если изготовить из этого металла пистолет, то его запросто можно пронести в самолет? Мой друг тоже это просек, и я убедил его, что нам обоим не поздоровится, если он хотя бы заикнется об увиденном. Едва я с ним поговорил, мне на мобильный пришло сообщение с четким приказом никогда больше не просвечивать коробочку. И не пытаться каким-то другим способом заглянуть внутрь.
Спрячь ее и береги. Вот и все, что от меня хотели.
И как они узнали, черт их дери?
Я затолкал неведомую штуку поглубже в сейф вместе с письмом и постарался как можно скорее о них забыть, причем весьма успешно.
Шли месяцы, годы. В 2000-м, когда мистер Н. вышел на пенсию, я уволился из его фирмы и стал хеджевиком. Работал в крошечном офисе в Мейфэре с еще дюжиной ребят. Летал в Нью-Йорк и покинул город ровно за день до обрушения башен-близнецов. Я так и не понял, убрался я вовремя или, наоборот, пропустил нечто важное, пусть и ужасное. Потом мог бы всем говорить, что был там. Впрочем, на тринидадском пляже меня это мало волновало. После того, как Эд отошел от дел, я редко виделся с Нойсами, хотя они еще много лет звали в гости.
Я заработал еще больше денег. Правда, немного потерял, открыв с парочкой приятелей ресторан, – каждый из нас думал, что другие двое уж точно знают, как вести этот бизнес. Век живи – век учись, ага?
Я и еще пяток ребят откололись от старого хедж-фонда и основали новый, под названием «НФС». Открыли офис в Мейфэре, в нескольких метрах от бывшего. В реестре компаний и на Каймановых островах мы значились, как «НФС», безо всяких расшифровок, а всем, кто допытывался, я говорил, что буквы значат «Национальный фонд «Содружество», «Новые финансовые суперзвезды» и тому подобную хрень, хотя на самом деле мы имели в виду: «Ни фига себе». А точнее: «Ни фига себе, сколько мы зашибаем бабла!»
Новый офис мы специально сделали больше прежнего. В подвале – бассейн, в мансарде – спортзал, а еще – игровая комната с панорамными мониторами, чтобы рубиться в шутеры и гоночки. Ах да, у каждого – своя флоат-капсула! [46] Как вы уже поняли, налогами все это не облагалось. Даже компьютерные игры нужны были для дела – куда еще выплескивать тестостерон и агрессию? Кроме нас, хеджевиков, в офис приходило много народу со стороны – давали нам советы по работе, обучали всякому. Мы наняли личных коучей, массажиста, сомелье, консультантов по подбору парфюма, экспертов по стилю и самопрезентации, лайфстайл-гуру, диетологов, яхтенных брокеров, тренеров по фехтованию. А также персональных шопинг-ассистентов: они прочесывали бутики в «Харродс» и на Джермин-стрит, после чего привозили в офис одежду, которая, по их мнению, нам подойдет (самим ходить по магазинам в толпе плебеев у нас не было ни времени, ни желания).
Я уже молчу про элитную эскорт-службу, расположенную в соседнем квартале, – на случай, если нужно выплеснуть тестостерон по-другому. Для таких дел у нас в офисе была отдельная комната под кодовым названием «кискотека», хотя некоторые парни все равно тащили девчонок на рабочее место.
