водолазку, которую носил в балетную школу, и Сью-Линн, наряженная в юбку
клеш, остановились у трейлера Зейнов.
- Помнишь, ты говорил, что хочешь взять Маленькую Энн покататься на коньках?
Сью-Линн говорит, в городе есть большой каток, и она замечательно катается. Я
и сам не плох. Бери-ка ты Маленькую Энн, и поедем вместе.
Еще до теплой выжидающей улыбки на его лице Томми почувствовал, толком не
осознав, зачем Марио организовал двойное свидание. Ему самому вдруг стало
тепло и радостно. В машине обе девушки сели на заднее сиденье. Потом Томми, стоя с Марио на краю катка, смотрел, как они, наклонившись, застегивают коньки
– белокурые кудряшки рядом с темными косами. Теперь, когда он знал Сью-Линн
лучше, она уже не так походила на Лисс. Разве что сзади – темными волосами и
изящным изгибом талии. Маленькая Энн рассказала, что Сью-Линн была
замужем и развелась. Рядом с ней Маленькая Энн со своими кудряшками и
детским курносым личиком выглядела не оформившейся. Сью-Линн называла ее
деткой и дорогушей. Разница между Сью-Линн и Маленькой Энн, казалось, увеличивала разницу между ним самим и Марио – словно они были просто двумя
отдельными парами, мало в чем схожими, шумно возящимися на полу. Маленькая
Энн хорошо каталась; они легко кружились и пересекались, поворачивали, быстро скользя, нагибались и устремлялись вперед, как пара ласточек. Томми
смотрел, как Марио, держа скрещенные руки Сью-Линн, льнет к ней, как они, ловко лавируя между людьми, выписывают в центре катка затейливые фигуры.
- Выскочка, – заметила Маленькая Энн. – Она и в номере точно такая. Всегда в
центре внимания.
Томми подумал, что Марио и не думает ее останавливать. Глянув на него снова, Маленькая Энн сказала:
- Марио хорошо катается, правда? Он танцор?
- Ага. Зимой преподает в балетной школе.
- Так я и думала. Это видно по тому, как он держит руки. Я тоже иногда хожу в
балетную школу зимой. Хороший способ сохранить форму.
Они вчетвером встретились в углу, и Марио протянул руки к Маленькой Энн.
- Меняемся?
Маленькая Энн, вспыхнув румянцем, приняла предложение. По сравнению с
грацией Марио она выглядела почти неуклюжей и очень маленькой. Томми, чувствующий себя в равной степени неловким и слишком юным, остался наедине с
вежливой, сразу заскучавшей Сью-Линн. Вместе они чинно кружили по катку в
полном молчании.
Домой Томми вернулся злой до предела, замерзший и внутри и снаружи, в то
время как Марио ушел со Сью-Линн. Мать сидела на кухонном стуле и чинила его
трико. Томми ощутил, как злость внутри начинает бурлить, грозя вырваться на
свободу.
- Мама, господи, я сам могу присмотреть за своим костюмом!
Он едва не сдернул трико у нее с колен, но ее удивленное обиженное лицо его
остановило.
- Том младший… – она моргнула, и Томми понял, что серьезно ее расстроил.
- Прости, мамочка. Я просто привык сам делать свою работу. А у тебя своих дел
достаточно, чтобы еще за таким теленком, как я, ходить.
- Томми, а для чего еще существуют матери?
- Да, но я уже вырос. И за прошлую зиму вполне научился за собой следить.
- Что случилось? Плохо покатались? У Марио такая красивая девочка. Из них
получится прекрасная пара. Я слышала, она тоже воздушный гимнаст, из
Чаллонеров. Мы работали с ними как-то летом, за год до того, как ты родился, и
мы перешли к Ламбету. Сью-Линн была совсем малышкой.
Она подняла трико, ожидая его одобрения.
- Так и должно быть. А потом вы с Маленькой Энн поженитесь, и за твоей
одеждой будет смотреть она.
- Боже мой! – вспыхнул Томми. – Я сводил девочку на каток, а ты нас уже
поженила! Прекрати!
Бесс улыбнулась.
- Ну, тебе точно нужен кто-то, кто будет заниматься починкой. У тебя самого
ничего не выходит. Всякий может сказать, что ты сам штопаешь себе одежду.
Томми, который за годы работы у Ма Лейти научился зашивать и штопать очень
аккуратно, даже не сразу нашелся, что сказать. По молодости своей он не
заметил за ее замечанием чувство женской гордости.
- Мама, что ты такое говоришь? Я работал с костюмами еще до того, как выучился
читать.
- Это другое, – отмахнулась Бесс Зейн. – Просто не люблю смотреть, как
мужчина шьет. Как-то это не по-мужски.
- Чушь собачья! – взорвался Томми.
Бесс села. Щеки ее расцвели красными пятнами.
- Как ты смеешь говорить со мной такими словами? Ты этому выучился у
Сантелли?
Томми сглотнул. Легко было представить, что бы сказал Папаша, если бы кто-то
вздумал так разговаривать с Люсией .
Повесив голову, он пробормотал:
- Прости, мама…
В груди нарастало желание излить всю свою ярость и обиду, и Томми закусил
губу, смутно понимая, что злится совсем не на мать.
- Как бы я хотел жить один, – сказал он и бросился прочь из трейлера.
Chapter 9
ГЛАВА 19
По мнению Томми, было бы лучше, если бы Марио избегал его намеренно. Тогда
он хотя бы знал. Но они проводили в компании друг друга столько же времени, сколько обычно – и это парадоксальным образом делало ситуацию хуже. Томми
беспокоили смутные тревоги, смущающие фантазии, стыд. Он понимал, что
напряжение вот-вот выльется во взрыв, и плыл по течению, не зная, как все
исправить.
