– Я как раз собиралась почитать. Истер только что ушла. В последние дни я чувствую себя важной персоной, – улыбнулась она.
– Я волновалась. Не знала, что вы все еще болеете, пока миссис Парк не сказала. И я сразу пошла к вам. Что случилось?
– Что ж, я расскажу, но за это тебе придется кое-что сделать, – озорно бросила она.
– Что угодно! – согласилась Иден.
– Мне бы выпить чайку, если тебе не трудно.
– Ну конечно, и о чем я только думала? Надо было сразу предложить вам чай. Сейчас вернусь. – Она с улыбкой спустилась по лестнице, поставила чайник и приготовила поднос.
Что вообще делали англичане, когда у них еще не было чая? Чаепитие было и ритуалом, и жизненной необходимостью для всей нации. И Иден поняла, что и сама втянулась. Одна из маленьких радостей жизни – чашка горячего чая с молоком. Она размышляла, что на свете нет ничего лучше, чем выпить чаю после долгой прогулки с Велли или в тяжелые моменты, когда она скучала по бабушке или волновалась о миссис Уэлш. Поднимаясь по лестнице с двумя дымящимися чашками на блюдцах, Иден думала, что чай утешает в трудную минуту.
Расставив чашки и блюдца с печеньем, миссис Уэлш поведала Иден, что случилось.
– Я была на кухне, готовила себе поесть, когда меня вдруг охватили одновременно и жар, и озноб, и я почувствовала жуткую боль в руке. Я схватилась за столешницу, постояла, думала, это пройдет, но не прошло. Я никогда не теряла сознания, но боялась, что на этот раз потеряю, так что я поплелась к соседям, надеясь переждать приступ у Истер и Боба на диване, пока все не закончится. Но, естественно, когда я пришла, они запаниковали – уж очень они меня любят, мои хорошие, – и повезли меня в отделение неотложной помощи! Я проторчала там четыре часа, и Господь свидетель, чего там со мной только не делали… Тесты, забор крови, бесконечное ожидание. Видимо, у меня и правда немного больное сердце, но я и так это знала. Что я за целитель, если не слышу сигналы собственного тела? – задала она риторический вопрос.
– Что ж, я рада, что они, как вы выразились, запаниковали, – ответила Иден. – Вас нужно было отвезти в «неотложку». У вас мог случиться сердечный приступ! Вам прописали лекарства?
– Да, милая. Таблетки под язык. Действующим веществом в некоторых из них является наперстянка, которая есть в одной из банок на кухне. Я спросила, могу ли я вместо них просто заварить себе чай из той же травы. О-о-о, на меня посмотрели так, словно я инопланетянин с тремя головами, – засмеялась она. – Глупые врачи. Они прописали мне то же самое, но заставили пообещать, что если у меня заболит сердце или случится подобный приступ, я все же положу их таблетку себе под язык. А в течение месяца я должна посетить кардиолога.
– Хорошо. Звучит разумно. Скажите мне, когда у вас прием, и я вас отвезу. Или мне самой назначить?
– Нет, сейчас пока не надо, я устала. Отдохну, пожалуй. Сегодня был суматошный день.
– Естественно, суматошный. Вам принести чего-нибудь? Кстати, я запишу свой номер вам в контакты. Звоните в любое время, – попросила Иден.
Она записала и сохранила свой номер, потом вышла, заперев дверь ключом, который неделей ранее дала ей миссис Уэлш на случай, если Иден придется срочно приготовить пациенту лекарство, а миссис Уэлш не будет дома.
Не успела Иден закрыть за собой дверь, как миссис Уэлш крепко уснула.
Неделю спустя Иден надела свой лучший брючный костюм, а Томми попытался укротить непослушную светлую шевелюру расческой. Волосы были длиной всего сантиметров пять, но они все время спутывались и выглядели как воронье гнездо. Конечно, опытные мамочки знали секрет, как привести в порядок непослушные мальчишеские вихры, но Иден решила, что это было не самой большой проблемой из всех – они собирались в Ньюмаркет на встречу в Департамент социальных служб.
Иден выпустила Велли погулять. За два месяца ему так и не нашли новый дом, так что она оставила его себе, к тому же они с псом очень привязались друг к другу. Томми знал, что они увидятся с Дженнифер, но, как и все дети, был настолько увлечен настоящим, что не волновался о будущем. А вот Иден понимала, что едет туда с ребенком, к которому прикипела, и, возможно, в итоге его у нее заберут и отправят бог знает куда к дальним родственникам.
Она смотрела, как он заправляет красивую новенькую рубашечку с воротничком, гордый тем, что одевается сам (хотя, несмотря на его старания, он все равно выглядел немного неопрятно), и ее сердце таяло. Она осознавала, как сильно привязалась к мальчику. Он прожил с ней всего неделю, но, к ее изумлению, она любила его все сильнее. Очевидно, что ему давно нужен был взрослый, который проявил бы заботу и нежность, и Иден подумала, что он пробудил в ней желание стать матерью, которое она так долго игнорировала. В гараже они сели в ее старую машину и отправились в город, а по дороге Иден думала, что вместе они выглядят странной, но милой парочкой.
