Я кружил вокруг него и думал: «Тут явно что-то не так. Он чётко и ясно понял, что рядом, но только тогда, когда я достаточно приблизился. Я пытался понять, что меня выдало. В этом тёмном куполе меня точно не слышно, дым запирает все звуки; запаха моего тоже нет, я покрыл тело дымной плёнкой, и даже поры блокируются дымом. Что тогда? И тут я вспомнил, как странно двигалось его тело, как менялась траектория удара».
И в голове взвились образы, один из последних уроков наставника перед изгнанием:
— О, Великий алхимик! При всех зельях, обмундировании и разведке ты умудрился получить двенадцать ран! Три болта и один из них в зад! — сокрушался лысый наставник, закатывая глаза.
Мы находились во внутреннем дворе Восточного Дома. Широкая площадь, мощённая гранитными плитами, немо наблюдала за ними, от самых жилых помещений нас закрывали высокие вишнёвые деревья. Этот особняк не так давно перешёл во владения клана и всё ещё сохранял традиции и культуры прежних владельцев — Телесных алхимиков, увлекавшихся боевыми искусствами наравне с философией и распиванием чая. Они ревностно относились к своим боевым учениям, и оттого каждая тренировочная площадка была скрыта от глаз посторонних. И сейчас это не могло меня не радовать.
— Наставник! Их было больше полусотни! И клан когтя…
— Что⁈ Что Клан когтя⁈ Их навыки хуже твоих, их учение хуже моего, их кровь жиже крови нашего клана! — ревел он, да так, что я и голоса не хотел подавать.
Усугубляло всё отвратительное настроение и боль во всем теле, кровь напитала бинты, даже эфир и мази Ртутного ранга не могли помочь из-за повреждённых каналов. А пилюль мне не давали — распоряжение наставника. Возможно, он уже тогда хотел отвадить меня от их влияния. Наверное, если бы не он, я бы и не ушёл от них, так и сдох бы в угаре.
— Их удары резки и весьма неприятны, повреждая каналы и ослабляя противника. Но это лишь одна из многих духовных практик Телесного искусства!
— Ты так просто об этом говоришь, будто каждый второй владеет духовными практиками! Они Телесные алхимики, но были способны выводить эфир за пределы тела!
— Ой, бедненький, расстроился? — спросил наставник и со всего маха влепил мне по лицу тренировочным мечом.
Я отлетел на несколько метров, покувыркался по земле и вскочил, призывая эфир. В то время я был куда более несдержанным и высокомерным, и уже был готов кинутся на него!
Тук! Деревянный меч упал на камень, и наставник сказал:
— Ну вот, вроде немного пришёл в себя, тупой ученик. Я не собираюсь лизать тебе зад только потому, что ты мой племянник и наследник клана. Я буду тебя учить так долго и так рьяно, как дракон воспитывает своих детей — огнём, сталью и крепкой оплеухой. Пока ты не заслужишь самостоятельно летать в небе.
