— Это проклятие как-то связано с магией крови и самим Кирейном Кроином, — тихо сказал Дамиан. — Я не знаю всех деталей, но я собираюсь докопаться до сути. И я верю, что ты можешь помочь мне в этом. Ты умная, способная, и твои взгляды на магию… довольно гибкие.
— Я помогу тебе, — сказала она твёрдо, сжав руки в кулаки. — Мы спасём Веспериса.
Дамиан глубоко вздохнул, как будто бы с огромным облегчением.
— Спасибо, — с чувством выдохнул он. — Я знал, что могу на тебя рассчитывать.
Какое-то время они провели в тишине, поглощённые своими мыслями, и деля на двоих разгоревшееся пламя надежды.
— Как думаешь, — снова заговорил Дамиан. — С помощью эфирной магии, можно снять проклятие?
— Если такой шанс есть, мы его обязательно найдём.
Едва переступив порог двери, скрытой за картиной, Мара нос к носу столкнулась с Весперисом.
Внутри всё похолодело.
— Что ты здесь делаешь? — его голос прозвучал холодно и подозрительно.
Мара почувствовала, как её ладони вспотели, а горло пересохло.
— Я… э-э… просто… засмотрелась на картину, — пробормотала она, с запозданием осознавая, как глупо это звучит. Она тут же прикусила язык, понимая свою ошибку.
Весперис вскинул бровь, и его лицо исказилось от раздражения.
— На картину? — его голос стал злым. — Ты что, считаешь меня идиотом?
Мара растерянно замерла, не зная, что ответить. Она открыла было рот, чтобы снова попытаться как-то оправдаться, но Весперис не дал ей шанса.
— Откуда ты узнала об этом месте? — его голос перешёл на повышенные тона, и в нём было столько гнева, что Мара внутренне съёжилась.
Она хотела снова соврать, но её разум пустовал. Она чувствовала, как его взгляд пронзает её насквозь. Его губы дрогнули от сдерживаемого гнева.
— Я просто… нашла его случайно, — слабо попыталась она, хотя сама понимала, что её слова звучат нелепо.
Но Весперис прервал её, не дав договорить.
— Ты лжёшь, — сказал он с тихой яростью. — Я предупреждал Дамиана, что это место должно остаться между нами. И вот, он приводит сюда тебя. А ты смеешь его покрывать!
Мара отступила на шаг. Что-то подсказывало ей, что он не шутил. Она никогда не видела Веспериса таким — обычно холодный и отстранённый, теперь он был похож на бурю, готовую обрушиться на неё. У неё не хватило смелости посмотреть ему в лицо, и она молчала, сглатывая ком в горле.
Дверь тихо приоткрылась, и из-за неё показался Дамиан. По его лицу пробежала тень паники, когда он увидел Веспериса, нависающего над Марой.
— Что происходит? — осторожно спросил он, подходя ближе.
— Что происходит⁈ — голос Веспериса был полон ярости. Он почти кричал. — Ты ещё спрашиваешь? Какого чёрта ты разболтал ей про это место?
Дамиан помрачнел, но молчал.
— Ты знал, что это секрет! — продолжал Весперис, подступая ближе. — Что ещё ты ей рассказал, Дамиан?
В воздухе повисла тишина. Дамиан посмотрел на Веспериса, сжав челюсти. Молчание длилось секунды, но оно было таким тяжёлым, что казалось, прошло несколько минут.
— Что. Ещё. Ты. Ей. Рассказал? — прорычал Весперис, его голос дрожал от гнева.
Дамиан продолжал молчать, но это молчание говорило больше любых слов. Он даже не пытался отрицать.
Весперис взорвался с новой силой.
— Ты не имел права! — выкрикнул он, тыча пальцем в его грудь. — Это мои тайны, моя жизнь! Какого чёрта ты решил, что можешь всё это ей рассказать⁈
— Я думал, раз мы все трое дружим, она имеет право знать, — спокойно, но с явным напряжением ответил Дамиан.
— Может, это мне решать? — яростно парировал Весперис.
Мара стояла рядом, чувствуя себя маленькой и беспомощной, как ребёнок, который оказался в центре ссоры взрослых.
— Это касается не только тебя, но и тех, кому ты небезразличен, — тихо, но твёрдо произнёс Дамиан.
Весперис замолчал, как будто слова Дамиана выбили из него воздух. Его лицо оставалось напряжённым, но его гнев, казалось медленно угасал. Он глубоко вздохнул, но не ответил.
— Весперис, прости, я… — попыталась вмешаться Мара, не выдерживая накала эмоций.
— Ты здесь вообще не причём, — горько усмехнулся Весперис. — Ты ведь не заставляла его выдавать мои тайны первому встречному.
От этих слов Маре стало невыносимо больно. Словно что-то холодное и острое пронзило её изнутри. В груди защемило, она почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Поняв, что она не сможет их удержать, Мара развернулась на каблуках и бросилась прочь.
— Мара! — раздавался позади удаляющийся голос Дамиана. — Посмотри, что ты наделал…
Она не могла оставаться там ни секунды дольше. Слёзы уже застилали её поле зрения, и ей отчаянно хотелось скрыться от всех, спрятаться где-нибудь, где никто не увидит её слабость.
Мара ворвалась в ближайший туалет и захлопнула за собой дверь. Её ноги подкосились, и она сползла на холодный кафельный пол, закрыв лицо руками. Слёзы катились по щекам, и она больше не могла их сдерживать. Всё внутри неё было охвачено болью и обидой. Она чувствовала себя такой маленькой, ненужной, чужой.
