— "Возможности эфирного заклинателя практически безграничны. Эфир — это чистая сила творения, ключ к переписыванию самой ткани реальности. Обладая этой силой, ты не просто можешь изменять мир — ты можешь создавать его заново."
Мара двинулась вдоль полок, разглядывая содержимое. На этот раз здесь было гораздо больше непонятных предметов и пыльных мутных сосудов, чем книг.
— "В этом заключается суть эфирной магии: не улучшение, а перерождение. Она превращает тебя не в ученика законов природы, а в их творца. Ты не просто часть этого мира. Ты становишься тем, кто пишет его законы."
Дамиан запнулся, скользнув глазами дальше по строчкам, и покосился на подругу.
— "Это делает эфирного заклинателя буквально богом." — его голос утратил прежний сарказм. — "Но становление богом невозможно, пока ты остаёшься человеком."
Прикусив губу, Мара вытерла пыль с одного из больших сосудов и поднесла лицо ближе. В сосуде плавало нечто странное, похожее на змею, но покрытое панцирем. И на хвосте у существа было нечто, напоминающее жало скорпиона.
— "Мораль — это инструмент большинства, направленный на то, чтобы удерживать силу меньшинства в рамках. Этика — это маска для страха. Правила — это цепи, которые надевают боги прошлого на горло своих последователей. Но эфирный заклинатель? Он не принадлежит к их числу. Он не ведомый, а ведущий. Его долг — отринуть всё людское, отринуть все остальные божества, которые пытаются заявить о своей власти над ним."
В соседнем сосуде был кролик. Его глаза закрыты, но пасть раззинута, и из неё торчали хищные клыки.
— "Эфирный заклинатель — это не просто маг. Он — мастер творения. Ты можешь создавать материю, но материя — это только начало. Ты можешь создавать жизнь. Не просто копировать то, что уже существует, но строить нечто совершенно новое. В тебе нет пределов. Твои руки — инструменты мироздания. Ты способен переписать весь мир, если лишь захочешь."
То, что было в следующем сосуде, Мара не взялась бы описать. Это не было похоже ни на одно живое существо, которое она когда-либо видела в жизни или на страницах энциклопедий. Его точно не должно было существовать в природе.
На какое-то время повисла тишина. Мара пыталась сопоставить и переварить всё, что она только что увидела и услышала.
— Ты собираешься стать богом, Сейр? — раздался голос Дамиана у неё за спиной.
Он стоял, опершись одной рукой о край стола, а другой всё ещё держа книгу с записями Аэлларда. Сложно было понять, что у него на уме. Его тон был задумчивым, немного настороженным.
Мара моргнула и оторвалась от сосудов.
— Чтобы создать жизнь? — она усмехнулась, но её улыбка получилась неровной. — Женщине для этого не обязательно быть богом.
Дамиан чуть наклонил голову, усмехнувшись в ответ, но не сводил с неё глаз.
— А что насчёт переписывания реальности? — спросил он.
Мара провела пальцем по стеклу, оставляя на пыльной поверхности тонкую, неровную линию. В этих ужасных созданиях, как бы это странно ни звучало, всё-таки были логика и замысел.
— Скажи честно, — произнесла она, не оборачиваясь к нему. — Разве тебя это не искушает?
Дамиан долго молчал. Она чувствовала, как тяжесть его взгляда ложится ей на спину.
— Вопрос в другом, — сказал он. — Не искушает ли это тебя?
Мара замерла, но продолжала смотреть на сосуд. Весь этот разговор, всё вокруг казалось ей таким же неестественным и странным, как существо, плавающее внутри.
— Ты эфирный заклинатель, Мара. Не я, не кто-то другой, только ты, — его голос был ровным, но с каждой фразой в нём звучали то тревога, то едва уловимая мягкость. — Только у тебя есть настоящая возможность стать богом.
Мара наконец подняла на него глаза. Он смотрел на неё так, словно в ней уже начало зарождаться что-то чуждое и могущественное, не поддающееся никаким законам. В его взгляде было многое. Опасение. Осторожность. И восхищение.
— Ну хорошо, а ты разве не хотел бы иметь в друзьях целого бога? — она улыбнулась.
Дамиан хмыкнул.
— Ты уходишь от ответа, Сейр. Меня немного пугает, что ты сразу же не сказала "нет".
— Я не знаю, ладно? Ты вываливаешь на меня это всё, и ещё эти штуки… И вообще всё это… — она махнула руками сначала на сосуды с существами, а потом обвела всё помещение. — Я не знаю!
— Хорошо, извини, я… — Дамиан опустил голову и поспешно спрятал книгу в сумку, как будто вместе с ней он мог спрятать и возникшие вопросы. — Извини. Давай возьмём всё, что сможем унести, и уберёмся наконец отсюда.