— Нам нужно поговорить, — пробормотал он, открывая дверь и заталкивая их внутрь.
Все трое сели кругом за одну из парт. Дамиан долго не решался заговорить, кусая губы и нервно теребя галстук, но, наконец, поднял глаза на Веспериса.
— Весперис, — начал он, его голос был гораздо серьёзнее, чем обычно. — Я хочу, чтобы ты рассказал всё, что знаешь о проклятии. Ничего не утаивая.
Весперис на мгновение застыл. Затем раздражённо вздохнул, словно рассказывал это уже тысячу раз, но что-то в тоне Дамиана заставило его кивнуть и подчинится.
— Хорошо, — сказал он, откидываясь на спинку стула. — Хотя я уже говорил, что знаю не так уж много. Проклятие было наложено на Кирейна Кроина. И на всех его потомков. Оно действует только на магов, рождённых в этом роду с доминантой огня, и на другие доминанты не распространяется.
Дамиан наклонился вперёд, опираясь локтями на парту.
— А кто его наложил? — спросил он. — Известно, кто или что это сделало?
Весперис покачал головой.
— Никто не знает, — сказал он. — Но с самого начала было очевидно, что проклятие невероятно сложное. Это не просто какая-то порча. Оно вплетено в саму кровь.
Дамиан оттолкнулся от столешницы ладонями, поднялся с места, и начал мерить шагами комнату.
Мара кинула на Веспериса быстрый взгляд, тот в ответ повернул к ней голову и вопросительно поднял бровь, словно чувствовал её недоумение.
Дамиан, наконец, замер в центре комнаты, обернулся к ним и шумно выдохнул.
— Я, наконец, добрался до важных записей в дневниках Кроина. — сказал он, словно это стоило ему огромного усилия. — И я должен вам рассказать, что там написано.
Мара и Весперис напряглись.
Дамиан медленно подошёл ближе и снова сел напротив них.
— В дневнике написано, что Кроин не убивал Аластора Ардониса.
— Что? — Мара изумлённо выдохнула. — Но ведь это… Все говорят, что Кроин убил его. Он спас мир, потому что предал его.
— Это неправда, — сказал Дамиан, качнув головой. — Но это ещё не всё.
Он наклонился ближе, почти ложась на парту. Мара и Весперис инстинктивно сделали то же самое.
— Кирейна Кройна проклял Аластор Ардонис. — произнёс Дамиан почти шёпотом. — Совершив самую ужасную жертву.
— Что ты имеешь в виду? — Весперис мотнул головой.
— Они сражались. Битва была тяжёлой и кровопролитной, — продолжил Спэрроу. — Но Кроин победил. Он был так уверен в этом, что даже смеялся над Аластором, когда тот достал кинжал.
— Кинжал? — переспросила Мара.
— Да, — кивнул Дамиан. — Кроин думал, что Аластор собирается напасть на него. Но он ошибался. Аластор сказал, что его предательство не останется без последствий. Что за это будут расплачиваться все его потомки до последнего.
— Что он сделал? — настороженно спросил Весперис.
— Он перерезал себе горло, — медленно сказал Дамиан, переводя взгляд с одного на другого. — Его кровь хлынула на пол, смешиваясь с кровью Кроина. Он пожертвовал своей жизнью, чтобы наложить проклятие на весь его род. Он сказал, что каждый потомок Кроина с доминантой огня умрёт до того, как сможет оставить своё потомство. До совершеннолетия.
Мара почувствовала, как холод пробежал по её коже.
— Он проклял кровь, — тихо произнёс Весперис, и в его голосе проскользнула странная нотка.
Мара выжидательно смотрела на Дамиана, но он молчал.
— И? — поторопила она. — Как это нам помогает? Кроин нашёл способ снять его?
Он откинулся на спинку стула.
— Дальше я не читал. Просто подумал… что это важно. — Он посмотрел на Веспериса. — И что ты должен знать.
Мор устало провёл рукой по волосам, но Дамиан продолжил, словно возобновляя разговор, который начался очень давно, и так и не был завершён.
— Ты здесь не причём, Весперис, — он положил руку на его предплечье. — Это не рок и не судьба. Ты не искупляешь грехи Кроина. И ты не ошибка. Это проклятие — просто обида и злоба побеждённого человека, который не мог смириться со своим поражением.
Весперис не отвечал, но на его лице больше не было привычного холодного безразличия. Казалось, он боролся с чем-то внутри себя, с чем-то глубоким и тяжёлым.
— Теперь мы знаем, откуда оно взялось и как работает, — Дамиан крепче сжал его руку. — А значит, найдём способ от него избавится. Может, Кроин и сам нашёл его, но не успел ничего сделать.
Мара, боявшаяся вмешиваться в их диалог, вдруг подала голос:
— А что стало с Кроином?
— Никто не знает, — Спэрроу нехотя отпустил Веспериса. — Однажды он просто исчез, и больше никто его никогда не видел.
Весперис тяжело поднялся со своего стула и провёл рукой по лицу, глубоко вдохнув.
— Мне нужно побыть одному, — наконец сказал он тихо, почти извиняющимся тоном.
— Весперис… — Мара схватила его за рукав. Она знала этот тон, видела эту отстранённость. Это был Весперис, уходящий в свою неприступную крепость, откуда его было невозможно достать.
И он остановился. А затем сделал едва уловимый жест рукой и осторожно взял её за кончики пальцев, словно это было всё, что он мог себе позволить.
— Я… правда вам благодарен, — сказал он, его голос был мягким и почти трогательным. — Это значит для меня больше, чем я могу объяснить. Дамиан…