Покои Шадарата оказались куда как скромнее убранства в коридоре, сверкающего серебром и позолотой. Здесь не было расписных фресок во всю стену и барельефов. Мягкий ковёр под ногами скрадывал наши шаги, а вдоль стен тянулись многочисленные ниши, из которых струился уже привычный синеватый свет. Дополняющий освещение подвешенных под потолком люстр.
Сразу за вратами нас ждал перекрёсток и нужно было выбрать один из трёх коридоров ведущих в глубины чертога. Моментально проанализировав ситуацию, мы свернули на право. Расчёт был очень прост, вероятность того, что коридор идёт по периметру чертога высокая, а значит следующие повороты будут уводить нас на круг и возвращать к выходу, каждый раз поворачивая налево. Под руку с щитом.
Прижав клинок к правой верхней плоскости Надгробия, мы двигались вперёд, ощущая за спиной присутствие Серрисы. Дальше по коридору что-то упало. За поворотом послышался звон разбитого стекла и надсадный хрип. Знакомый хрип, переходящий в кашель.
— Идиот! Тут полно ловушек, ничего не трогай!
— Отвали, здесь можно найти что-нибудь ценное. И тогда она обратит на меня внимание.
— На тебя? Думаешь споёт тебе как Ярику Зубоскалу? Не смеши мои подштанники!
— Ну не на тебя же! Светлоликий говорит, что мы должны очиститься, пройти через страдания на пути к совершенству. А ты заразился всего ничего.
— Это я-то? Да у меня уже мышц на костях не было когда мне открыли исти…
Крест вошёл болтуну в основание черепа и вышел из переносицы. Мы упёрлись в спину заражённого ногой и отправили покрытый тряпками труп на пол.
— Для вас тут нет истины. Только смерть.
Наше появление произвело нужный эффект. Помимо убитого, заражённых было трое. Из бывших горожан Въёрновой пади, эвакуированных в крепость во время нашествия нежити. На каждом разномастные элементы доспехов, явно трофейные, снятые с убитой стражи и постовых. По сути, мы повторили их путь, пройдя длинным коридором, который не только сворачивал влево и уходил ещё дальше, но и арочным проходом вёл в глубины обширной опочивальни.
Богатое убранство привлекло мародёров, поддавшихся болезни и лжи. Все трое замерли на несколько секунд переваривая происходящее, а затем один из них сорвался в атаку в классическом воинском рывке.
На что он рассчитывал — непонятно.
Мы ответили ему встречным рывком с выставленным перед собой щитом. С тем же успехом он мог попытаться врезаться в летящий навстречу таран. Итог был один, многочисленные переломы и травмы внутренних органов.
Тело измождённого карла с тошнотворным хрустом отлетело на несколько метров назад и с грохотом врезалось в шкаф, а двое его товарищей попятились, не сводя с нас слезящихся и обрамлённых гнойниками глаз, в которых плескался страх. Ленивый голос опьяневшей от энергии смерти Серрисы прозвучал неуместно:
— Убиваешь их словно насекомых. Никакой фантазии…
Наш аватар не отрываясь смотрел на своих противников:
— Можешь попробовать сама. Мы не стремимся произвести впечатление, мы стремимся к эффективности.
Некромантка подняла с небольшого стеклянного столика кувшин с вином и откупорив крышку вдохнула приятный аромат, словно ей не было никакого дела до находящихся в опочивальне заражённых.
— Нет, нет. Я даже не думала тебе мешать. — Она села на мягкие, рассыпанные вокруг столика подушки, налила себе вина и взяла с большого блюда запечённое бедро какой-то дикой птицы. — Тем более, когда есть занятия куда как приятней.
Следующим рывком мы убили сразу двоих. В страхе они отступили к стене, возле которой примостилась кровать с массивным балдахином и слишком сблизились друг с другом, из-за чего выставленный в сторону Крест начисто снёс плешивую голову, а щит в стандартной уже манере отбросил второго врага на покрытую картинами стену.
Изломанное тело исчезло, а немного пьяная некромантка заметила:
— Ого! Ты его на атомы разложил?
— Это иллюзия.
Зная, что аватар защищён рунами, мы шагнули сквозь стену, оказавшись в совершенно ином помещений. В помещении полном тяжёлого запаха крови и тухлых яиц. Шадарат постарался скрыть его от чужих взглядов и ушей. Сидящая буквально в семи метрах от фальшивой стены Серриса, не слышала рычанья и чавканья, а её ноздрей не касалось зловоние.
— Нечиссстое мясо! Нечистое!
Тьма колыхалась и причитала над искалеченным заражённым. Карлик завыл и тогда хлопнув крыльями на него набросилась ужасная, мелкая тварь. Она била хвостом и кусалась, терзая свою жертву пока та не затихла и только потом её взор обратился к нам.
— Знаю тебя! Знаю! Убийца!
Демон отпрыгнул, вновь сливаясь с темнотой. Бесёнок боялся нас. Мы видели его истинное имя, но не могли использовать. И всё же он боялся. Почуял нас как собака чует знакомого человека. Узнал того, кто нанёс поражение демону куда более могущественному чем он сам.
Некромантка прошла сквозь стену следом за нами и больше не выглядела пьяной. Подобралась и держалась, сопротивляясь изменениям своего сознания.
— Как же тут воняет. Это круг для призыва?
Она не видела Иралака. Бесёнок прятался в густой как смола темноте.
— Тебе лучше знать.
Серриса фыркнула:
