Она искала ответы в себе, хотя знала, что они находятся на поверхности.
Но отчего-то не верилось, что Гуйтана способна была на то, что о ней говорили все, кто жил в замке. Откуда такие перемены, с чего? Это ли ее Гуйтана, которая всегда хотела помогать нуждающимся без меча и щита. А теперь ее оружие было направлено на Морану.
Где-то рядом хрустнула ветка, Морана легко и тихо обернулась, кладя руку на меч.
- Это я, Конгор – почти шепотом произнес молодой человек, и вышел на освещенную луной сторону сада.
Вепска посмотрела поверх головы парня, высматривая того, кто мог не нарочно прийти за ним. Ни души.
- За мной никто не шел – виновато сказал парень.
Морана, наконец, сосредоточила взгляд на нем.
- Тебе не стоит ходить по сумеркам одному – наставленчески сказала она.
Парень криво улыбнулся, полез за пазуху, вынул оттуда сверток и протянул ей.
- Возьми.
В лунном свете было не совсем ясно что это.
- Тебе это нужнее, чем мне.
Морана тупо смотрела на сверток.
- Что это?
- Это Гуйтана писала до того как... Как её... – Конгор запнулся смотря в глаза Кайоссе, совершенно не предполагая, что произойдет в следующий миг.
Морана, до этого была абсолютно уверена, что Конгор был на ее стороне и что он знал о том, что тут происходит гораздо больше, чем она, но...
В следующие несколько мгновений, всматриваясь в глаза юноши, она поняла что совсем не знает никого от сюда, и каждый может быть против нее. Глаза сверкнули яростным огнем, в доли секунд Морана вынула свой меч, и приставила его к горлу Конгора, толкая к каменному ограждению сада.
Парень даже не сопротивлялся, однако его испуганный взгляд говорил о многом, но Морана какое-то время была не в себе, ее словно бы охватил бес. В то мгновение она бы не задумываясь распорола бы парня на две части, если бы не...
Перед ее пылающими взоров вдруг в какой-то дымке предстала ... Анэка, с ее милой, почти детской улыбкой и чуть грустными глазами.
- Что с Гуйтаной? – опуская меч процедила сквозь зубы Морана.
Она хорошо понимала, что могла только что убить Конгора за то, что он знает то, чего не знает сама Кайосса. Его спасло, как не странно, воспоминание об Анэке. Это было глупо, но Морану не отпускала мысль, что она не правильно повела себя с иллинкой.
- На этих пергаментах все написано – осторожно произнес напуганный до смерти молодой человек. – Послушай, я не враг тебе.
Морана сверкнула глазами, и в лунных бликах такой взгляд выглядел зловеще.
- Для меня тут все пока враги – жестко ответствовала вепска.
- На войне как на войне – чуть улыбнулся Конгор.
Морана была серьезна, как никогда, и парень осекся.
- Я тебе не враг – упрямо повторил молодой человек, подходя почти вплотную к той, кто чуть не лишила его жизни мгновение спустя.
Морана вглядывалась в глаза парню, она знала что он не причем, что это просто глупая ревность и верность долгу.
- Мне надо идти – спокойно сказала она, будто бы и не было этой вспышки безумия.
Конгор посмотрел ей в след, и сказал:
- Не обманывай себя, Гуйтана уже другой человек.
Она знала, что Конгор прав, той Гуйтаны, что она любила нет больше. Но кто же вместо нее? И зачем? Она упорно не хотела сознавать, что перед ней в теле Гуйтаны, ее нареченной возлюбленной может быть кто-то еще. Быть этого не могло! Возможно они тут все сошли с ума!
Кайоссе не было место в замке, и она осталась ночевать возле лагеря войска Мортона. Ей не привыкать, только вот, как теперь быть со всем этим. Надо было подумать. Она расположилась недалеко от костра Хорра и соплеменников, зная, что хогдары ее не прогонят. Это было правдой, бравые хогдары лишь немного удивленно поглядывали в ее сторону. Но Морана старалась даже не допускать такую мысль, что они могут быть не на стороне добра. Хотя Конгор прав, “на войне как на войне”, если вдруг Ярона права, и Мортона не станет, войско будет либо распущено, либо перейдет под командование самой Гуйтаны. Это было немного дико. Гуйтана с оружием, это все равно что сама Морана подалась бы в монахи. И ей предстояло выяснить, какого рожна тут творится.
- Можно?
Немного грубый хриплый голос, отвлек ее от яростных размышлений.
Кайосса подняла глаза. Перед ней стоял Хорр с тарелкой бараньих ребрышек по-хогдарски. Она видела Хорра в последний раз до этого, десять годниц назад, он тогда был еще мальчишкой, а сейчас это статный воин, прошедший не мало боёв и сражений. На его левой скуле красовался жестокий шрам, но он не портил его мужественного лица со щербинками на лбу. Такие мужчины, помнится, очень нравились Яроне.
Морана кивнула на старый поваленный дуб напротив.
Он поклонился и присел напротив, тут же протянув ей съестное.
- Это тебе, от нашего отряда.
Отказаться было бы не уважением. Она взяла угощение.
- Благодарствую.
- Ты все так же не разговорчива – улыбнулся он, уголком губ.
“Красавец-мужчина, и почему мое сердце уже занято.”
Морана сглотнула отводя глаза в сторону, сама от себя не ожидая таких мыслей.
- Не люблю поговорить без толку – ответствовала она.
Он усмехнулся.
- Узнаю Морану Кайоссу!
Как-то это было произнесено не с усмешкой, а с гордостью.
