— Не знаю, — пожал плечами парень и едва не выронил собранную охапку. — Наверное. Но оставаться в нем в любом случае ночью не стоит. Когда-то в чаще некроманты жили, их поубивали, а подчистить за ними не догадались. Вот на остатках магии и расплодилось всякой гадости, которая на путников кидается. Как это теперь чистить никто не знает, вот и стараются просто не ездить — днем оно все спит.
От слов Дирана наемнику стало совсем неуютно: одно дело разбойники, они живые, и отбиться от них можно даже при численном меньшинстве — если следить за их ошибками в бою и не допускать свих. По порождению же некромантии еще поди попади, и то нельзя сказать с уверенностью, поможет ли. Маркус на всякий случай поправил ножны и поудобней перехватил бревнышко, чтобы в случае чего можно было приложить кого-нибудь. Или что-нибудь.
— Хватит уже, наверное, — неуверенно произнес Диран, оглядывая результат труда. — До утра должно хватить.
Маркус возражать не стал. Оставаться в лесу дольше ему как-то не очень и хотелось.
На поляне он первым делом достал точильный камень и занялся мечом. Оружие, конечно, мужчина всегда держал в хорошем состоянии — все-таки главный «рабочий инструмент»; надобности возиться с ним лишний раз не было, но это удивительным образом придавало уверенности в собственных силах и ощущения готовности ко всем возможным непредвиденным ситуациям. Выскочи сейчас из-за деревьев какая пакость — сразу бы голову отсек. Во всяком случае, ему так хотелось думать.
Марика почти не отреагировала на кучу веток, сваленную почти под ее носом, только щелчком пальцев подожгла ее, ненадолго оторвавшись от книги. Потом молча кинула мешок с вяленым мясом и хлебом и снова отвлеклась от всего окружающего.
Диран же первым делом полез в свою сумку и извлек оттуда несколько угольных карандашей и папку из плотной бумаги. С одухотворенной физиономией раскрыв ее, он принялся что-то быстро чиркать в ней, изредка поглядывая куда-то в пространство. Наемник через некоторое время не вытерпел, перебрался поближе и заглянул ему через плечо. Парень не успел закрыть рисунок руками, жалобно посмотрел на Маркуса и продолжил рисовать.
— Ты хорошо рисуешь, — похвалил наемник, разглядывая нарисованную девушку. Красивая, легкая, беззащитная… и очень напуганная. — Твоя подруга?
— Нет. — Диран набросал рядом фигуру мужчины, подхватывающего ее. Без лица, без деталей — просто контур, обозначающий, что рядом кто-то есть. — Эта девушка погибнет от удара ножом. Я бы не хотел, чтобы моя подруга была изображена на моих рисунках. Никто из моих близких.
— Тебе не обязательно рисовать ее гибель.
— Ты не понимаешь, — вздохнул парень. — Эти рисунки… это другое. Не просто картинка, которую можно повесить на стену. Я так вижу и… — он резко помрачнел и отвернулся. — Я же говорил, ты все равно не поверишь.
— А ты попробуй сказать, тогда и решим — поверю или нет, — отрезал Маркус.
Диран оглянулся на ведьму и очень тихо, чтобы она не слышала, произнес:
— Я — провидец. И рисунки — это отражения того, что приходит ко мне. Я не знаю, как это происходит, меня никто не учил, и никто не объяснял, но они всегда сбываются. На них часто бывают незнакомые мне люди, но я с ними встречаюсь так или иначе — до или после. Эту девушку я не знаю, но это значит лишь то, что мы скоро встретимся. И ей не избежать этого удара, понимаешь, Маркус? И после — не выжить, если только рядом мага не будет, причем мага-лекаря, но я его не вижу.
— И у тебя это только в рисунках проявляется?
— Нет. — Диран отложил папку и пододвинулся ближе к костру, зябко ежась. — Иногда и так бывает. Я тогда как раз был в… трансе.
— А ей ты говорил? — наемник кивнул на недовольно хмурящуюся ведьму.
— Нет. Она не поймет. Будет опять кричать.
— Почему тогда не уйдешь от нее? Учиться управлять этим твоим даром, например?
Диран промолчал, но полез в папку. Перебрав несколько листов, он откуда-то с самого низа достал рисунок и протянул его Маркусу. Мужчина вгляделся и удивленно присвистнул. Глядя на Марику сейчас, он не мог и предположить, что даже в чьем-то воображении у нее может быть настолько искаженное страхом и болью лицо.
День закончился неожиданно быстро.
До наступления темноты Тень едва успел отыскать подходящего человека, усыпить — пришлось пожертвовать еще одним амулетом, — и отволочить его к зданию департамента дознания, припрятав в кустах. Там же находилась сумка с одеждой для ученика — его собственную, включая браслеты, парню придется снять.
Может, и не стоило бы его вытаскивать — сам дурак, раз не сумел выкрутиться, да и рот раскрыл на слишком большой кусок, который ему не по зубам. Но бросить его там — натуральное предательство, иначе не скажешь. Предателем, впрочем, вор чувствовал себя с самой ночи, когда ему пришлось тащить девушку. Сдалась она ему, подумаешь, нашли бы стражники — так позвали бы мага, как сегодня, все равно бы легко отделалась.
