И ладно если она просто возненавидит так подло, по ее мнению, поступившего капитана — мало ли, как поведет себя подросток, если его оставить наедине со своим горем. А постоянно торчать рядом Карстен не мог, все-таки какой бы нелюбимой ни была служба, пренебрежительно относиться к ней тоже не стоило.
И ведь не сделаешь ничего. Сказать правду, что в петле болтается другой человек, — так разболтает, не сможет язык за зубами держать. Не говорить вообще тоже нельзя — расскажет кто-нибудь другой или сама по городу пройдется, и не сложно догадаться, как на это отреагирует.
На пороге его встретил щуплый серьезный мужичок — Гайрен, хозяин заведения, собственной персоной.
— Капитан, какая честь! — он поклонился. — Давно не заглядывал.
— Повода не было, — буркнул Карстен, заходя в прохладное полутемное помещение, забитое людьми. — Слушай, Гайрен, у тебя нет тут тихого пустого угла?
— Для дорогих гостей всегда есть, — заверил его хозяин и крикнул куда-то в зал: — Эй, помощничек! Устрой нам быстренько в моем кабинете стол, да поживей! Ты чего пить-то будешь, пиво или чего покрепче?
Хотелось чего покрепче, но потом ему предстояло пройтись по кварталу лавочников, и ронять еще больше авторитет стражи перед ними было плохой идеей.
— Пива, — со вздохом сказал капитан, проходя в небольшую комнатку, которую Гайрен гордо именовал «кабинетом».
Следом протиснулся привыкший ко всему помощник хозяина, с каменным лицом сгрузил с подноса кружки и закусь и, не меняя выражения лица, удалился пугать посетителей.
— Ну, рассказывай, чего нажраться решил, — прямо спросил хозяин, разваливаясь в облезлом кресле. — По глазам вижу — именно этого хочешь.
— Хочу, — согласился Карстен, вцепляясь в кружку. — Но нельзя, так что посижу у тебя немного и пойду.
— Что у тебя случилось-то, что ты прямо в рабочее время?..
— Тебе доводилось когда-нибудь сообщать кому-нибудь, что его близкий человек был убит?
— Боги миловали.
— А мне придется, — уныло сказал капитан, быстро опустошая кружку. — Не взрослому человеку, который сможет справиться с эмоциями. Подростку. И ладно бы, незнакомому…
— А кому? — поинтересовался Гайрен, щедро подливая.
— Джоанне.
Хозяин некоторое время помолчал, жуя вяленную, крепко соленную рыбку и пристально глядя на капитана. По его вечно серьезному лицу никак не удавалось понять, о чем он думает — как обычно, впрочем. Гайрен всегда ревностно относился к конфиденциальности своих мыслей и никому не позволял в них копаться, даже городскому магу.
Свои плюсы у его принципиальности, впрочем, тоже были — сказанное ему лично никогда не выходило за пределы кабинета, кто бы как бы его не просил — ни градоправителю, ни Карстену, ни Нире. Капитан сильно подозревал, что даже самой королеве Гайрен бы не выдал чужих секретов.
— Малышка Джо привыкла получать неприятные известия, — наконец сказал он, расправившись с рыбкой. — Сначала родители, потом через два года дядя. Ей удалось справиться с этим, теперь она даже лавкой занимается.
— Ты хоть представляешь, сколько раз ее хотели ограбить?! — неожиданно взорвался Карстен. — И не только из гильдии воров, там у них какие-то свои представления о порядочности есть! Просто разбойники, сошедшие с кораблей пираты. А обычные горожане?! Девочка же не смыслит в том, как за деньгами следить, если бы я не появлялся там хоть изредка и не шугал этих гадов, давно бы обобрали как липку! Еще и с вором этим спуталась, а я ее предупреждал…
— А, так вот чьей кончиной ты собрался ее радовать, — кивнул в такт своим мыслям хозяин. — Я-то думаю, что из родственников у нее никого, ты — вот он ты, сидишь и пиво хлещешь.
— Твою ж ты мать.
В дверь просунулась невозмутимая физиономия заместителя. Гайрен кивнул ему и, получив принесенный кувшин, плеснул из него Карстену. Тот хмуро посмотрел на это дело, но промолчал, даже не стал требовать честного слова, что про Джо никто не узнает.
— Не бойся, — все-таки напомнил он, глядя на взвинченного капитана. — Об увлечении малышки Джо от меня никто не узнает.
— Я помню, — вздохнул Карстен.
— Слушай, а чего ты сам ее не очаруешь? Проблем меньше… Эй, да ты совсем сдурел, приятель. Не буду тебя на халяву поить, чесслово, не буду.
— Извини, — без особого раскаянья в голосе сказал капитан, опуская пистолет, — но тебе тоже не стоило говорить о Джоанне в таком тоне. Во-первых, я ее старше на двенадцать лет, во-вторых, это было бы совращением несовершеннолетних, а-третьих, она для меня как младшая сестренка, и за подобные мысли в ее отношении мне хочется только набить морду. И кстати, подмешивать какую-то дрянь в пиво — не лучшая твоя идея.
— Я хотел, чтобы ты перестал пугать людей своей напряженной рожей. Кто ж знал, что ты так неадекватно отреагируешь на обычный увеселитель? Ты же уравновешенный, никогда такого не видел.
— Благодаря тебе я тоже узнал, что могу так злиться, — огрызнулся капитан, поднимаясь на ноги.
— Надеюсь, вечером нам не придется собирать по городу трупы, оставленные твоей неуемной жаждой мщения, — тихо сказал ему вслед хозяин.
