— Миледи, вы освободились! — обрадовался он, замирая.
— Да. Ты что-то хотел?
— Хотел. Но не я, а Карстен…
— И что ему от меня понадобилось? — с несвойственной ей терпеливостью уточнила магичка.
— Он попросил, чтобы вы подошли во дворец, это касается того мага… — Диран покосился на охрану и тихо закончил: — Ну, про которого я говорил.
— Хорошо, ты мне передал и теперь можешь быть свободен, — холодно кивнула Марика, взмахом руки прогоняя помощника и вычерчивая в воздухе рамку телепорта.
И хотя она успела отвернуться, парень все-таки заметил и дрожащие от гнева руки, и азартный огонь в глазах.
Всю оставшуюся дорогу до дворца Лирен терзали какие-то дурные предчувствия. Смутные, ни во что еще не оформившиеся, но неприятные и пугающие. Хотя, казалось бы, чего ей бояться? Рядом весело болтающий Дени, а сзади — отличный боец, который знает свое дело…
Она оглянулась на Карстена, убеждаясь, что он все еще идет следом. Сейчас девушка с большим удовольствием шла бы рядом с ним, а не с магом, но обижать друга подозрениями, вполне возможно, беспочвенными, тоже не хотелось.
«Милый друг Дени… молодой маг, верой и правдой служащий в «птичнике». Знал ли ты о том заговоре, который плел глава? А если знал, не принимал ли участия? О нет, конечно же, не принимал — как можно усомниться в твоей верности… Подумаешь власть, подумаешь, все то, что наверняка обещали тебе заговорщики — друга ты никогда не предашь. А с порталом ты ошибся. С кем такого не бывает? Я верю, что ты хотел доставить меня в безопасное место, но промахнулся — а настолько ли промахнулся? Ведь Карстен не только не представляет для меня угрозы, но и все свои усилия бросил на то, чтобы не дать мне пострадать… Одно меня беспокоит — его величество Стефан просит не верить тем, кто выступает от его имени. Можно ли верить тебе, ведь ты прибыл с королевой? Дени, скажи, могу я тебе верить? Это же не ты был в тех видениях Дирана, о которых он рассказал мне с такой неохотой? Правда, Дени?
А что же капитан стражи? Почему мне кажется, что самое безопасное для меня место — рядом с ним? Потому что Карстен не сможет убить «соловья», поскольку знает, чем все закончится? И он страдает от нашего проклятья… не говорит, но я это понимаю. Нынешние маги достаточно талантливы, чтобы помочь человеку со сломанным позвоночником — или что с его спиной произошло — встать на ноги без последствий, а он часто держится за спину. Это очень больно, должно быть… Это ведь случилось во время той стычки, о которой мне рассказывал лейтенант, да? Кто-то убил «соловья», а прилетело по тому, кто стоял ближе… Я не просто верю, что это был не Карстен, я в этом абсолютно уверена. Он вор, и он неплохо владеет оружием, безжалостен к преступникам — но не убийца, на невиновного не поднимет оружия. Спасибо, капитан. Может быть, я не успею этого сказать — но спасибо. О святая Май Ше, даруй ему свою милость…»
Дени тронул девушку за локоть, выдергивая из мыслей. Она вздрогнула и оторопело уставилась на стражу дворцовых ворот — а они уставились на нее, чего-то явно ожидая.
— Кольцо, милая, — прошептал на ухо маг.
Лирен мысленно обозвала себя дурой и продемонстрировала надетое на палец украшение.
— Представитель Неританской дипломатической службы Лирен де Вир с личным посланиям от его величества Стефана к его величеству Кристофу, — представилась она и кивнула на подошедшего Карстена. — Меня сопровождает личный телохранитель.
Стража расступилась, молча пропуская посетителей в открытые ворота.
Раньше Маркусу никогда не доводилось бывать в столицах — ни в Гирне, ни в Таркешше, — и теперь окружающая его роскошь казалась чем-то совершенно нереальным и сказочным, ни в какое сравнение не идущим ни с Дартвой, ни уж тем более с мелкими городами вроде Линты или Нерги. Зато сразу стало понятно, почему сюда так спешила вернуться Марика — самое место для такой капризной дамы.
Наемник без цели шатался по городу, пытаясь найти себе хоть какое-нибудь занятие на время ожидания — Карстен хотел с ним о чем-то поговорить после того, как вернется из дворца, — и очень быстро пришел к выводу, что за внешней красотой и привлекательностью города скрываются холодность, надменность и неприлично высокие цены. Среди такого количества горделивых и безумно знатных дворян ему бывать не доводилось очень давно — если вообще доводилось. Единственным таким случаем на его памяти была встреча с госпожой Нирой и ее братом, куда его затащил Дерил во время болезни Карстена.
Размышляя о том, насколько все-таки не для него эта скучная столичная жизнь, Маркус вышел на главную площадь, на которой творилось что-то невероятное, мало укладывающееся в представление о том, как себя должны вести благородные мужи.
Эти самые мужи самозабвенно сцепились с какими-то нахальными проходимцами, вслух покрывающими матом и короля, и режим, и про знать не забыли… А стража топталась рядом, не зная, что делать — то ли лезть разнимать и почти наверняка получить от оскорбленных дворян, или встать в сторонке, надеясь, что само рассосется, — но этого не велел уже служебный долг.
