– Вы друзья? – Да, в отличие от немца, мне он откровенно хамил. С другой стороны, на меня целая страна не молилась.
Я кивнула, попутно пытаясь распутать клубок эмоций, вызванный признанием Култи.
– Да. – По крайней мере, были, когда он не действовал мне на нервы.
– Друзья, – рассеянно произнес он. – И какие же вы друзья?
Захотелось его ударить. Нет, я понимала, как это выглядит, но правда? Серьезно? Я стольким пожертвовала ради «Пай-перс», а он думает, что я поставлю под угрозу единственную возможность играть в футбол? К щекам прилил жар, и я из последних сил сдерживалась, чтобы не поставить свою карьеру под еще большую угрозу.
Я понимала, чего он добивается, и не собиралась позволять какому-то офисному работнику выставлять меня в таком свете, будто я ни во что не ставлю свою команду.
– Такие, у которых много общего.
Твою мать.
Не успела я добавить что-то более адекватное, как в разговор вклинился немец:
– Самые лучшие. Не понимаю, что вас не устраивает.
Я бы упала в обморок от нахлынувших чувств, но вовремя заставила сердце заткнуться и включила мозги. Чего я ожидала, что он меня подставит? Да, наверное.
Хорошо. Ладно.
Все равно он повел себя как мудак. Пара слов ничего не меняла.
– Вы вызвали нас абсолютно без причины, – безапелляционно заявил немец. – Вам прекрасно известно, что мой приезд вызовет резонанс в прессе, но все равно позвали на позицию. Не вам выбирать, что будет опубликовано в Интернете.
Шина издала сдавленный смешок.
– Мистер Култи, со стороны это выглядит…
– Не надо указывать, с кем мне дружить, – оборвал он ее. – Какая разница, как это выглядит со стороны, если на самом деле все по-другому?
Так, погодите секунду…
Шина, слегка покраснев, перевела взгляд на меня.
– Сэл, с твоей историей…
Ну вот, снова-здорово. Надо обрубать эту хрень на корню.
– В этот раз я ни в чем не виновата и не собираюсь просто так брать на себя ответственность. Мы друзья, и в нашей дружбе нет ничего неподобающего. Мне нечего стыдиться.
Мне было немного совестно, что я никому про него не рассказывала, но, клянусь, я просто хотела избежать подобной реакции. Некоторые вещи люди просто не понимали, и это тому доказательство.
Култи убрал руки с груди, уперся локтями в колени и склонился вперед.
– Никто бы не обратил на это внимания, если бы не шумиха, которую сейчас подняли в СМИ. Тут нечего обсуждать. Мы лучшие друзья…
Я покосилась на него краем глаза, припоминая, какой херни он мне наговорил. «Это вот так лучшие друзья относятся друг к другу? – как бы спрашивала я. – Правда?»
Он заметил мой взгляд, но предпочел не обращать внимания, потому что настроена я была не очень-то дружелюбно.
– Никакие обсуждения этого не изменят. Точка. Если вам нужно что-то еще, обратитесь к моему менеджеру.
– Сэл…
Я разрывалась между двух огней: не понимала, паниковать мне из-за скандала, в который они раздували ситуацию, или все же отстоять свою честь.
– Да мы же просто садимся в машину, – нерешительно заметила я.
Я была хорошим игроком, одним из самых стабильных в команде, но правда заключалась в том, что незаменимых людей не существовало. Я не могла позволить себе закатывать истерики, но в то же время голосок в голове нашептывал послать всех, – и под «всеми» я подразумевала Кордеро, – прямиком на хрен.
– Мисс Касильяс, думаю, все здесь прекрасно понимают, что вы не способны оценить… – начал Кордеро.
Култи подался вперед всем телом, – я не ожидала, что он так рьяно бросится меня защищать.
– Очень советую не заканчивать это предложение.
Гарднер кашлянул.
– Не надо горячиться. Я тебе верю, Сэл. Если ты говоришь, что вы друзья, – значит, так оно и есть. Ты никогда меня не обманывала. Думаю, мы все здесь хотим, чтобы сезон прошел спокойно и гладко. По крайней мере, спокойнее, чем он проходит сейчас.
– Это моя вина. Я возьму на себя ответственность за негатив в прессе, но не смейте винить ее за дружбу со мной, – сказал Култи. – Сэл ничего плохого не сделала.
– Мне кажется, вы не понимаете. Это плохо выглядит со стороны, – поспешно вклинилась Шина, пока никто ее не перебил. – Возможно, вы бы могли… не знаю, мистер Култи, я просто предложу пару идей, которые потом можно будет обсудить с рекламным агентом, но… не хотите ли вы что-нибудь сделать, чтобы отвлечь внимание от вашей… дружбы?..
– Сходить на свидание?
– Нет, – без колебаний ответил Култи.
– Но…
– Нет, – повторил он.
Шина в отчаянии посмотрела на меня.
– А ты, Сэл? Не хочешь сходить на свидание? Выложишь пару фото, и…
– Нет.
Только ответила ей не я. Ей ответил Култи, и в его голосе слышалась злость. Возражать я не стала.
– Сэл…
– Нет. – Снова Култи. – Я же сказал.
– Но…
– Хватит, – отрезал немец. – Я не пойду на свидание, и она тоже.
– Я и так постоянно делаю то, что вы от меня требуете. Но в этот раз не хочу, – осторожно пояснила я, стараясь сгладить враждебность, которую излучал сидящий рядом мужчина.
Кордеро язвительно хохотнул.
Десять минут спустя я обнаружила Култи у кабинета Гарднера. Мистер Кордеро ушел первым, а немец последовал сразу за ним. Шина осталась поговорить с Гарднером. Что еще они обсуждали, кроме нас с Култи?
