– Саша, Саша! – закричала она.
– Извини, некогда, – ответил я. – Вперед, Патрончик, на улицу! Пойдем, сделаем из дворника человека.
– Так как же тебя зовут на самом деле – Сашей или Светой? – спросил Патрончик, спускаясь вниз по лестнице.
– Я же говорил, что я Камицкий Александр Иосифович, майор ВДВ, между прочим.
– Бред какой-то, – проворчал Патрончик.
Светлана с капельницей и медицинским саквояжем в руках ждала нас у подъезда.
– А Рыжий сбежал? – поинтересовался я.
– Как же я брошу ее? – послышался его голос.
Он вылез из «рафика» с бутылкой медицинского спирта в руках.
– У вас все готово? – спросил я. – Все нашли?
– Все, – кивнула Светлана.
– Ну, пошли, – скомандовал я.
Мы направились всей гурьбой к третьему подъезду.
– Сейчас придем, там мужик пьяный лежит, Патрончик его подержит, а вы капельницу поставите, – инструктировал я своих невольных помощников, – а через несколько минут глюкозы добавите – двадцать грамм, шприцем – прямо в капельницу. Глядишь, он и протрезвеет. Успеть бы!
– Послушай, откуда у тебя такие познания в медицине? Ты из медучилища что ли? – спросил Рыжий.
– Да нет, – ответил я, – просто меня и еще нескольких ребят в духе новых веяний посылали в армию НАТО на стажировку. А оттуда сюда какие-то негры взамен приезжали. Ну и, пока им тут показывали, как наши ПТУРы стреляют, нас там обучали оказанию первой медицинской помощи. Дескать, солдат, самое главное, должен уметь спасать, а не убивать.
– Хм, – удивился Рыжий. – Не хочу тебя обидеть. Но уж, раз ты так разбираешься в медицине, сама посуди, тебе не кажется, что у тебя просто раздвоение личности?!
– А чему тут казаться?! – с издевкой воскликнул я. – Мне не кажется, а я точно знаю, что у меня раздвоение личности. На вид кто я?! Малолетняя проститутка. Но если вы заглянете внутрь, то вместо нежной легкоранимой души падшего ангела, увидите зачерствевшую душу отставного майора воздушно-десантных войск.
Мои слушатели дружно крякнули, и мы вошли в подъезд. Я толкнул дверь в квартиру дяди Саши, но она оказалась запертой.
– Черт! Старая карга! – выругался я и надавил на кнопку звонка. – Опять сто лет ждать придется!
Но к счастью, ждать пришлось совсем недолго. Когда же дверь отворилась, у меня и Патрончика челюсти отвисли от изумления. На пороге стоял дядя Саша собственной персоной. При этом сказать, что он был трезвым, мы не могли лишь по той причине, что слово «трезвый» в его отношении вообще неприменимо. Но можно было смело утверждать, что, если он периодически приближается к состоянию трезвости, то в тот момент он был наиболее близок к нему.
– Дядя Саша, – изумленно выдохнул я, – вы же…
«Вы же были пьяны!» – хотел сказать я, но вовремя спохватился, решив, что так говорить невежливо.
– Вы же спали?! – закончил я вопрос.
– Ну, так сколько ж можно?! – как ни в чем не бывало ответил дворник. – Хватит, двор мести пора. А вам нужно, что ль, чево? – он обвел всех нас взглядом.
«Что ж, можно и мастерство пропить, главное – службу не проспать!» – вспомнил я слова прапорщика Попыхайло, а вслух скомандовал:
– Светлана, Рыжий, вам отбой, ждите в машине, Патрончик, останься, Рыжий, спирт мне оставь! – и обратился к дворнику. – Дядя Саша, дорогой, меня к вам Саша послал, я его невеста. Он очень просил помочь…
– Какой-такой Саша? – проворчал дворник.
– Да тезка ваш, новосел, ну тот, что вчера в пятьдесят четвертую въехал…
– А-а, – с пониманием протянул дворник. – Говорил я ему, что хреновая та квартира, нечистые в ней живут…
– Дурдом какой-то, – пробормотал Патрончик.
– Во-во, дурдом, – подтвердил дядя Саша, – я ему так и говорил.
– Да я не про то, – махнул рукой Патрончик.
– Дядя Саша, – взмолился я. – Помогите ему. Прибор тут один починить нужно, провода припаять. Саша вот подарок послал вам.
Я потряс перед ним медицинским пузырем.
– Чтой-то? – оживился дворник.
– Спирт! – воскликнул я радостно.
– Ну, коль такое дело, проходите, – дядя Саша посторонился и жестом предложил нам войти.
– Слушай, – пробурчал Патрончик, – может, все же отпустишь меня. Утомился я за эту ночь! А мне сегодня еще переезд предстоит!
– Опять за свое! – возмутился я. – Не приставай – не отпущу! Все, точка! Кстати, что за переезд?
– Да квартиру я получил…
– А, новоселье. А я вчера переехал.
– Ну, где прибор-то? – спросил дядя Саша, когда мы вошли в его комнату.
– Да вот же он, у вас на столе, – показал я.
Дворник посмотрел на анимаутер.
– А этот-то! – воскликнул он так, как будто увидел старого знакомого. – Так я его уже однажды запаивал! Воронков, еще когда в своем рассудке был, заходил, просил запаять. Это мы сейчас, это мы мигом!
Я еле удержался от того, чтобы от счастья не подпрыгнуть и не расцеловать дядю Сашу, да и Патрончика заодно.
– А здесь-то он как оказался?! – с запозданием удивился дворник.
– Так мы ж заходили только что, занесли его, а потом за спиртом отлучились, – пояснил я.
– А я заспал, наверно, – произнес дядя Саша, извлекая из ящика стола паяльник.
– Бывает, – кивнул я головой.