— Двое столь дальновидных людей, как мы, что-либо да придумают. Милость королевы переменчива, словно флюгер на вершине башни. Сегодня он на коне, а завтра — этот же конь втаптывает его в грязь. Вам не надоело выполнять приказы этого выскочки?
— Надоело, но…
— Если вы будете со мной, мы сможем расставить все по своим местам!
— И что я могу?
— Сообщайте мне о планах Баира и однажды, когда он оступится, мы сможем низвергнуть его в бездну, где ему и место! Вы же не боитесь его?
— Демон побери, я ничего не боюсь!
— Вот и договорились.
***
Когда Прокл Прибыл к замку графа, тот уже находился в осаде, окруженный плотным кольцом из шатров солдат. У всего этого сброда не было единого командира, каждый сам командовал своими людьми. Первым же делом советник королевы продемонстрировал указ о назначение его командующим объединенными войсками. Следующим шагом Прокла было решение выслушать доклад об обстановке.
— Граф покинул город и заперся в своем замке. Мы окружили крепость плотным кольцом, так что ему некуда деваться, — заявил один из лордов, явно довольный собой.
— Вы предпринимали попытки штурма? — спросил Прокл, не зная имени докладчика.
— Нет, взбираться на крутой склон под градом стрел и камней, а потом еще и штурмовать высокие стены — это же самоубийство!
— Что вы делаете для разрушения стен?
— Ничего.
— У вас нет требушетов и катапульт?
— Мы рассчитывали, что вы снабдит нас ими.
— Сэр! Говори «сэр», когда ко мне обращаешься! Неужели это так сложно? — с возмущением заявил Прокл. — Может, вы рассчитывали, что мы и ваших жен за вас обрюхатим?
— Никак нет, — ответил, опешивший от такого напора лорд. И, подумав, добавил, — сэр.
— За три недели, что вы здесь находитесь, вы не придумали ничего лучшего, чем выжидать?
Ответа не последовало.
***
Объехав на лошади замок вокруг, Прокл пришел к неутешительному выводу — взять столь укрепленную твердыню приступом доверенными ему силами — не выйдет. Согласно докладу граф засел за каменными стенами с тремя тысячами солдат. Учитывая высоту стен и крутизну склона, ему хватило бы и полтысячи, чтобы сдерживать штурм. Потери в войске Прокла будут исчисляться тысячами, а сама кампания затянется на месяцы, если не на годы. Пяток магов и сотня Багровых Плащей — очень слабое подспорье в этом деле.
«А если я потерплю крах, что со мной сделает королева? Представляю себе хохочущего над моим провалом Баира. То-то он не сильно возражал моему назначению. Не бывать этому! Нужно найти слабое место в обороне. Д’Омол окружил себя стенами, позаботился о провизии и воде, но самое слабое его место — люди».
***
Прокл ехал во главе делегации, рядом следовал Логан, держа белое знамя переговоров. Советник королевы знал, что если то, что он слышал о графе, — правда, тот не станет стрелять в парламентеров. Ему не позволит это сделать чрезмерно раздутое чувство чести, что, по мнению Прокла, являлось смертельной болезнью в любой политической карьере. Но чем больше наивных честных простачков — тем легче взбираться на вершину.
Чего не скажешь о лошадях, что их везли. Их копыта скользили по влажной каменистой почве. Животным приходилось напрягать все свои мышцы, чтобы подниматься по крутой извилистой дороге, ведущей к вратам замка. Поблескивающие на солнце шлемы солдат и любопытные лица то и дело показывались между зубцами стены.
«Еще бы! Кто пропустит такое развлечение, сидя в крепости больше трех недель?!»
— Я, первый советник королевы Жасмин, от ее имени хочу вести с вами переговоры! — выкрикнул Прокл, подъехав к воротам. Его голос звучал намного громче положенного, так как был усилен одним из магов.
По бокам от ворот располагалось по две зубчатые цилиндрические башни. Сказанное Проклом заставило людей наверху оживиться.
— Нам не о чем с вами разговаривать! Разворачивайте лошадей и проваливайте! — выкрикнул кто — то, его слова поддержал одобрительный гул.
— С кем я говорю?
Ответа не последовало, и тогда Прокл добавил:
— Может, наберешься смелости и представишься? Прятаться за стеной любой может!
— Я — Холак, капитан солдат графа!
— Известно ли тебе, капитан, что вы все преступники и защищаете негодяя?!
— Мы будем до конца следовать своему долгу!
«Нужно поскорее провести переговоры, пока граф не поднялся на стену».
— Какие красивые слова, вы их репетировали? Стоя перед зеркалом, вам хватило смелости сказать себе, что вы обрекаете себя и своих людей на позорную смерть? У многих из вас есть жены и дети. Что будут рассказывать о вас вашим вдовам и сиротам? Что их отец был изменником и положил свою жизнь, защищая негодяя! Д’Омол — цареубийца и работорговец, он — враг короны! Любой, кто встанет на его защиту, лишится головы, а его отпрыски навсегда обретут клеймо детей предателя и будут изгнаны из королевства! Такого будущего вы желаете для своей семьи?!
На этот раз наверху повисла тишина. Прокл попал в самую точку и озвучил потаенные страхи каждого.
— Нечего сказать в свое оправдание?! Так всегда происходит, когда чувствуешь свою вину! Но милосердие королевы Жасмин не знает границ, свое милостью она дарует всем вам прощение!
