— В таком случае я его по-быстрому ополосну под душем, а ты прибери здесь. Не дай мать Вселенная, кто из мелких это безобразие увидит, снова кошмары вернутся. Он не говорил, после этого. Хм… изменения собирается остаться в этой каюте или вернется в свою прежнюю?
— Указаний на этот счет не поступало.
— Отлично. «Указаний». Ишь, вырос, клоп черноглазый. С этого момента, Астор, ты меня хорошо слышишь? Я запрещаю любые эксперименты над собой без моего ведома.
— Принято, Лэрд.
— Замечательно. Тогда здесь он не останется. Я хочу этого умника видеть чаще и держать ближе. Вы меня седым сделаете раньше срока со своими выходками.
— Старение тебе не грозит, Эльтан.
— Спасибо, утешил. Но на нервах поиграть вам в радость, — хмыкнул я, подхватывая на руки обморочное тело, немного морщась от вони и ощущения слизи на руках. — Придется и самому душ принимать. Давай сюда платформу. И постарайся провести нас так, чтобы ни на кого не наткнуться. Мне только паники не хватает для пущего счастья.
Чистый, благоухающий приятными ароматами мыла и шампуня, все еще сладко посапывающий Лер растянулся на кровати, обвив одеяло руками и длиннющими ногами.
— Мда… Неожиданно как-то. А я и не знал, что он так может. Раз и вырос. Астор, — спросил я шепотом, стараясь не разбудить выросшее дитятко, — он же даруд?
— Даруд, — согласно кивнул интекс.
— И им свойственно за один день перескакивать несколько лет?
— Развитие ребенка этой расы происходит медленно. И только он сам решает, когда готов стать старше.
— Весело у них. Так можно прождать и до седой старости, пока твой отпрыск решит слегка вырасти. И как? Никто из родителей не возмущается по этому поводу? Вдруг ему понравится оставаться мелким до конца их дней?
— Насколько мне известно, нет. Статистика не знает случаев задержки на столь длительное время принятия первого совершеннолетия.
— Все бывает в первый раз, Астор. Ладно, главное, чтобы с Лером все было тип - топ.
— Не переживай, Эльтан. Он абсолютно здоров. Эрситы быстро перестроились, и никаких сбоев в их работе не предвидится.
— Это меня, конечно, очень радует, но предупреждать надо, — устало вздохнув, присел я на краешек кровати и, не удержавшись, зарылся рукой в смоляные кудри. Лер, улыбнувшись и поерзав, вновь засопел. — Смотри, красотища какая. Густые, шелковистые. Жаль, у меня так не вьются. Всегда кучеряшки любил. Жалко будет, если решит остричь, — шелковистая россыпь черного богатства как ковром покрыла спину до пятой точки, без стесненья выставленной напоказ. Так и хочется по ней рукой поддать, чтобы в следующий раз думал, прежде чем делать. — Сколько ему сейчас? Шестнадцать? Семнадцать?
— Необходимо обследование в медотсеке для установления истинного возраста вир Лера.
— Проснется, вот и займись. Мало ли что там не так. Если здоров, нам же лучше, — беспокойно причмокнув, Лер перевернулся на другой бок. — Мда… вырос сынок. Ох, и задолбаюсь я с оглоблей ходить, отшибая претендующих на это чудо. Пойдем, пусть спит. Халка запусти, а то он мне своими скорбными посылами весь мозг забил.
— Ты забываешь, он претендует на место твоего супруга, Эльтан.
— Тшш, — шикнул я на интекса. — Астор, хоть ты не говори ерунду. Какой супруг? Он мне как сын. Не как, а сын. Не воспринимаю я его по-другому. Не могу. Я, конечно, тот еще извращенец, но не до такой степени. Вырос он или нет. Он всегда будет мне сыном. Даже если отвернется от меня, я все равно буду любить его именно так. И никак иначе. Да ты посмотри на него. Не спорю, красивый парень. Вот он лежит, весь такой… сонный, изящный и в чем мать родила. И знаешь, что мне сейчас очень хочется сделать? Прикрыть его одеялом и подоткнуть, чтобы не раскрылся и не простудился. Как думаешь, с такими чувствами супругами становятся? Надеюсь, мы с тобой закрыли этот вопрос раз и навсегда?
— Ясно, Эльтан. Я сделал неправильные выводы, считая, что ты поощряешь его признание тебе в любви и обещание стать твоим супругом.
— Если я стану возражать, он будет стремиться забраться ко мне в постель из чистого упрямства. Молодым свойственно идти наперекор. И в таком случае ничем хорошим выяснение отношений между нами не закончится. А мне хочется, чтобы он, став старше, осознал, в качестве кого я ему нужен больше. И поверь мне, он ошибается. Ребенок, не видевший ласки, привязывается быстро к тому, кто хотя бы раз погладил его по голове. Думаю, до него дойдет, что в качестве отца или старшего брата я для него лучше. Ладно, заболтались мы что-то. Пусть отдыхает.
Стоило двери открыться, пес понесся на всех парах, счастливо виляя хвостом и собираясь прямиком с разгона запрыгнуть на кровать. Пришлось ловить эту махину в полете и, аккуратно развернувшись, как можно тише валиться вместе с ним на пол.
— Тшш… конь… он спит… — зашипел я, выбираясь из-под виновато прижавшего уши пса. — Аккуратно заползаешь на кровать и не мешаешь. Пусть хорошенько выспится. Я ему потом задницу надеру за все хорошее.
