– А пронести его через защитные поля можно? – спросил Адам.
– Да. Это же артефакт, а не аномалия.
Девочка повеселела, сознавая, что взрослый ангел нуждается в ее помощи и объяснениях. Тогда Адам осмелел и перешел в наступление.
– Чем еще ты занимаешься на болотах? Илья говорит, ты кого-то там лечишь?
Биту пристально посмотрела на него, словно пытаясь понять, что именно рассказал настоятель.
– Был один горбатый сталкер, я когда-то давно его уменьшила, – хитро прищурившись, сказала она. – Он у меня в кармане завалялся. А теперь я о нем вспомнила и лечу. А что?
– Вот так, ни с того ни с сего ты решила лечить незнакомого сталкера на мертвых болотах? И он согласился?
– Да, – ответила девочка, честно глядя Адаму в глаза.
– Можно мне с этим сталкером поговорить?
– Нет.
– Почему?
– Потому. Ты же не рассказываешь Ирине кое-что, что она хочет узнать. И я не хочу кое-что рассказывать.
– У меня есть на то веские причины! – возмутился Адам.
– И у меня тоже есть веские причины, – парировала она.
– Пойми, в таком случае ты сама по себе, я не смогу тебе помочь. Но у тебя недостаточно опыта, и если твоя задумка провалится, то последствия могут стать фатальными. Почему бы тебе все не рассказать?
Но как он ни упрашивал, Биту не открыла свой секрет. Заверила только, что она советуется с Доктором из лагеря и тем сталкером, которого лечит.
– Тот сталкер… он может тебя обмануть. Ты знаешь, какой за тебя дают выкуп?
– Знаю я, – раздраженно махнула она рукой. – Все, мне надоело. Хватит приставать. Лучше давай сказку.
Адам решил не форсировать. Давить на Биту бесполезно и даже опасно. И все же, прежде чем приступить к сказке, он еще раз посоветовал ей никогда не доверять незнакомым сталкерам и на всякий случай в тайне от них держать открытым портал, чтобы при плохом раскладе иметь возможность сбежать. Она лишь недовольно закатила глаза.
Сегодня Адам выбрал сказку про Аладдина и волшебную лампу. Мультяшный вариант, разумеется. Оригинал он не помнил.
Эта сказка понравилась девочке больше предыдущих. Она смеялась проделкам вороватого мальчишки, а дослушав, заявила:
– А этот из наших!
– Кто, Аладдин? – удивился Адам.
– Нет же. Джинн.
– Почему ты так решила?
– Ну, он то виден, то не виден. Значит, умеет уходить в эфир. Делает всякие штучки, которые люди не могут. И он хитрый и вредный.
Она зевнула и пошла укладываться спать. А у Адама в голове крутилось какое-то ощущение сродни дежавю. Джинн, знаете ли. Хитрый и вредный. Обманщик в том числе. Которого не видно. Тот самый, привязанный к своей лампе. О котором никто не должен знать. Добраться до которого может только избранный. Тот самый джинн, который исполняет желания!
От этой догадки у Адама бешено застучало сердце. Неужели? Да как же он сразу-то не догадался?! Ведь артефакт так и называется: «джинн»! Джинн в смысле. Не артефакт. Существо! Привязанное не к лампе, но к картине. Невидимое глазу неизбранного. И что оно сделало? Исполнило его желания! Дух – вот кого они искали! Как же он говорил? «Все, что обещаю возле этой картины, – обязан выполнить». Еще бы. Характерно для джинна.
Это ставило все на свои места. Дух не мог отнять ребенка силой – отнял хитростью, еще и заставил Адама потратить желания. Сам же Адам убил Ирину и сам пожелал, чтобы она осталась жива. Нате вам, исполнено. Пожелал, чтобы Дух забрал ребенка. И чтобы вывел друзей из Дома. Исполнено тоже. Вот они, три желания…
Или не три? Адам лихорадочно вспоминал слова, сказанные в тот жуткий вечер в Третьяковке. «Забирай ребенка, но спаси его мать!» Кажется, так. Но «забирай ребенка» – это не желание уж точно. Это разрешение. Желания было лишь два: спасти любимую и освободить друзей. Значит, третье желание у него еще осталось. И в этот раз он точно знает, чего хочет!
Адам вскочил и громко выдохнул, не в силах сдержать возбуждение.
– Ты чего? – спросила удивленная Биту. – Глазами светишь, как кот.
Он подхватил ее на руки и закружил по комнате. Вернее, по отсеку катакомб, обустроенному для ночлега.
– Да что случилось-то? – засмеялась девочка, заразившись его восторгом. – Я тебя таким счастливым никогда не видела.
– Пришла в голову гениальная идея! – ответил Адам.
– Расскажи, – попросила Биту.
– Сейчас не могу. Но обещаю рассказать, как только освободим Ирину. А мы ее обязательно освободим. Правда, Биту?
Девочка смотрела на него улыбаясь, но удивленно и задумчиво одновременно.
– Так вот как это выглядит, – пробормотала она.
– Что? – не понял Адам.
– Влюбленный человек, – пояснила она.
Спустя час Адам уже не был ни в чем уверен. Что за голубой шарик он узрел перед картиной, когда смотрел глазами лабрадора? И если все-таки Дух – это джинн, то почему считалось, что он выполняет лишь одно желание? Ведь очевидно, что Дух выполнил как минимум два. И самый волнующий вопрос: осталось ли третье желание, или «забирай ребенка» – тоже считается?
