Я тоже озадачилась, но не самим этим фактом, а тем, как легко стала привлекать на свою сторону вынужденных союзников. Однако потом обнаружила, что Знаки потускнели еще больше… вернее, что моя ладонь стала еще прозрачнее, чем раньше, и вздохнула. Черт. Кажется, у меня осталось мало времени!
Я снова вздохнула и гаркнула еще разок:
– Ну так что?! Будем сотрудничать или я каждого из вас помечу, а потом велю раствориться в небытии?! Имейте в виду: мне хватит одного единственного касания! Даже вскользь! А летаю я быстро! И лапы у меня загребущие! Кого не пну ногой, так хоть пальцем из вредности достану! Так что решайте!
Тени откровенно заколебались и вроде даже задумались. А призванные Адамантом призраки неуверенно замялись, но, обнаружив, что метки на них и на бывших противниках абсолютно одинаковы, слаженно вздохнули.
– Слово Ишты! – наконец, не выдержала я всеобщего напряжения, и вот тогда дело пошло на лад: Тени перестали летать вокруг меня кругами, на какое-то время сгрудились вокруг невидимого лидера. После чего пошептались, пошипели… и потянулись в сторону неповоротливого чудовища, которое доставляло Гору столько проблем.
«Интересно, а если я и его ладошкой пришлепну? – вдруг мелькнула в голове шальная мысль. – Подействует или нет? Хватит меня на это или исчезну раньше?»
Я оценивающе оглядела громадную тушу и именно в этот момент, наконец, поняла, почему с Воронкой возникли такие проблемы: оказывается, эта сволочь просто загородила выход собой! И лишь по этой причине неприкаянные призраки не могли вернуться обратно! Ну конечно! Если они в большинстве своем не стремились что-то менять и если только те, кто хорошо помнил этот мир, искренне желали вернуться, то остальным это на фиг не сдалось! Поэтому-то они и не особо сопротивлялись! А если и ринулись всем скопом на Адамантов, то лишь потому, что за их спинами была открыта ВТОРАЯ Воронка! Только и всего!
Я незаметно перевела дух.
Вот черт, а проблем-то сколько! А крику! Всего-то и надо было, что подумать и дать чужакам возможность вернуться. А теперь они быстро этого монстра вытолкают вон. Сейчас еще «наши» сообразят, что сражаться больше не надо, дружно присоединятся, и тогда все – обломается жрец со своими грандиозными планами. Я их ему на корню зарезала. И там, на земле. И здесь, в небесах. Он меня, правда, за это уже убил, но я же не могу уйти просто так, не сделав напоследок какую-нибудь пакость?
Кстати, а где он сам? Что-то затихарился, гаденыш. Не видать его, не слыхать… а я ему даже в рожу не плюнула… непорядок.
Вспомнив о важном, я быстро поискала глазами убитого Змея. Ах, вот он где… далеко же мы его выманили… отсюда и не видно почти… интересно, кто меня убил? Честно говоря, хочется глянуть на этого нехорошего человека. Он ведь, наверное, маг? А если убивал не своими руками, а с чьей-то помощью, то наверняка должен был явиться самолично, чтобы убедиться в своей безоговорочной победе? Я бы на его месте не стерпела – непременно пришла бы позлорадничать. Это ж, наверное, так круто – смотреть на труп своего врага и понимать, что оказался умнее… эй, а что это там такое светится? И почему вдруг мне снова стало больно?
Я озадаченно приложила ладонь к груди, где появилось и стало нарастать неприятное жжение. Потом прислушалась к себе. Непонимающе нахмурилась, потому что жжение очень быстро переросло в настоящий пожар. После чего тихо охнула, остро пожалев, что вместе с жизнью не потеряла способности чувствовать, и внезапно ощутила, что меня куда-то уносит. Причем все быстрее и быстрее. Да так настойчиво, что сопротивляться этому не было никакой возможности.
Всего за какой-то жалкий син меня пронесло над медленно успокаивающейся Степью, в которой уже затихали последние схватки. Мимо растерзанных земель, над удивленно озирающимися Тварями, оборотнями, эарами, простыми людьми. Затем я со смешанным чувством увидела неподвижную тушу огромного змея, возле которого копошилось несколько крохотных человеческих фигурок. На мгновение замерла. А потом с огромной скоростью полетела вниз, как будто к ногам кто-то привязал стопудовые гири. Причем ухнула я туда так внезапно и резко, что не сдержала негодующего вскрика и по привычке крепко зажмурилась. Потому что, хотя я и призрак, но все равно – зрелище быстро приближающейся земли, на которой было распростерто чье-то смутно знакомое тело, совсем не вдохновляло. Соответственно, ничего я толком не увидела. Ничего особенного, кроме бешеного свиста в ушах, уже не услышала. А почувствовала лишь мощный удар о твердое, который вырвал у меня из груди болезненный стон, и поняла, что, кажется, снова умираю.
