Мой взгляд сам собой упал на зажатый в кулаке амулет. Вот же черт… кажется, я схватилась за него так сильно, что порвала цепочку. При этом невольно активировала дремлющее внутри заклятие, которое могло привести сюда единственно возможного человека.
Я вздрогнула от неожиданной догадки и, услышав за спиной какой-то шум, резко обернулась. После чего растерянно замерла и со смешанным чувством прошептала:
– Фаэс…
Он стоял ко мне спиной – высокий, прямой, упрямый, как старый черт. Стоял так, словно пытался от чего-то защитить. Это было невероятно – видеть его здесь. Невероятно, что он единственный, кто услышал и сумел сюда пройти. И единственный, с кем я еще не успела попрощаться. Видимо, он почувствовал сигнал от амулета и примчался на помощь. Вот только он не знал, что я позвала его случайно. И никак не думал, что найдет меня… вот такой.
Кстати, а почему он встал так далеко? И куда так пристально смотрит? Причем с такой злостью и неподдельной яростью, что это чувствуется даже со спины?
Удивившись своим ощущениям, я подлетела ближе и озадаченно выглянула из-за плеча эрдала. А потом удивилась еще сильнее, внезапно обнаружив, что напротив него стоит, безмятежно улыбаясь… не кто иной, как господин Георс. Да-да, его высокопреосвященство, общепризнанный протеже Аллара и глава местной церкви, на мнение которого так полагался Эннар Второй. А рядом лежало копье… разрубленное на две части и явно недавно побывавшее в употреблении. Покрытое плотной вязью каких-то непонятных рун, смутно напоминающих изящные символы эйнараэ. То самое копье, на наконечнике которого еще не успела высохнуть «синька» и которое чьи-то умелые руки не так давно вытащили из моей груди.
При виде священника я сначала растерялась, не сразу сообразив, что он тут забыл. Потом подумала, что Фаэс, вероятно, находился где-то неподалеку от него и, поняв, что мне нужна помощь, притащил с собой первого, кто попался под руку. Того, кто вполне мог бы помочь нам с демоном – ставленника Аллара, избранного богами и людьми, наделенного, вероятно, какими-то особыми силами, благословением божьим… ну, или что там у него за способности? Братики ведь были далеко. Хварды и остальные Фантомы – тем более. Сам Фаэс не маг, так что проку с него тут – ноль. Рейзеры и Хасы остались далеко позади. Валлионцы вообще не у дел. Маги… ну, что могут сделать несколько случайно оказавшихся в Степи магов против посланника Айда? Вот именно. Остаются только орденцы… чтоб их так… особенно их фанатичного предводителя… так что, если выбирать между Гораном и его высокопреосвященством, то последний, разумеется, более предпочтителен в качестве помощника. С такой редкой дейри… с такими талантами и (как утверждают) прямой связью с самим Алларом… кого же, как не его, звать на борьбу с исчадием Айда?
Вот Фаэс и позвал.
Гм.
Причем, наверное, я бы даже поверила в то, что такое возможно. Решила бы, что эрдал поступил мудро, сделав ставку на достойного кандидата, хотя и опоздал с подмогой. И, вполне вероятно, я бы себе даже посочувствовала… если бы мгновением позже не обернулась, не увидела окаменевшее лицо старого друга и не вздрогнула от неожиданности, ощутив исходящую от него волну необъяснимой, но очень искренней ненависти.
Причем ненависти, направленной не на меня.
Я знаю Фаэса достаточно давно и за время нашего знакомства видела его всяким – и радостным, и обозленным до предела. И ворчливым, и дико раздраженным, и сомневающимся, и безмерно усталым. Я видела его огорченным, встревоженным, даже стоящим на коленях… но не настолько чужим, как сегодня. Всегда живое и выразительное, сейчас его лицо превратилось в какое-то подобие посмертной маски. Оно застыло в совершенно противоестественном выражении, в котором смешалась непередаваемая ярость и медленно подступающее отчаяние, нечеловеческое бешенство и злое бессилие, какая-то странная обреченность… бог мой, как же много в нем было противоречий! И так много несоответствий, начиная от сгустившегося молчания и заканчивая матово блестящей кровью на наконечнике брошенного на землю копья.
Я действительно считала, что хорошо знаю старого друга. И, пожалуй, только ему верила так же безоговорочно, как своим Фантомам. Он ни разу меня не обманул, не подвел и не предал. Та нелепая оговорка Рига не в счет – Фаэс рано или поздно все равно бы прокололся насчет «милорда». Да и мотивы его выглядели вполне логичными. Поэтому, несмотря на возникшее недоумение и очевидный абсурд происходящего, я, не успев толком разобраться в причинах, инстинктивно отступила подальше от господина Георса и, встав плечом к плечу со старым ветераном-рейзером, присмотрелась к его визави повнимательнее.
