Лу, почувствовав на миг собственную ущербность, спрыгнула с подоконника, чтобы не быть замеченной, и задумалась — а что дальше? Или ей дождаться Лестера и, извинившись, покинуть танцы, или убежать сейчас и извиниться позже. Решив, что не хочет обижать парня, Лу осталась рядом с окном, скрываясь от парочек за высокими спинами отдыхающих. Ей стало грустно, а она не любила грустить.
Лестер появился через минуту с бокалом легкого напитка, больше походившего на компот. Совет уехал, и Дарма возобновил свои указы по поводу алкоголя — в Форте его не пили. Лу с благодарностью приняла бокал — будет, чем занять руки. От Лестера не ускользнула перемена настроения подруги.
— Что-то случилось?
— Нет, просто вдруг навалилась усталость. Слишком долго пришлось быть на ногах, да и день выдался насыщенным. — Лестер, краем глаза увидев Дарму и остальных, мигом понял причину усталости, но ничего не сказал. Он проводил девушку до выхода, дальше она категорически отказалась от общества, и Лестер не стал настаивать.
Лу не чувствовала усталости, по крайней мере, физической, но ей нужно было побыть одной. Она уже решила, куда пойдет. Ей нужен был свободный ветер и свежий воздух — она направилась к стене, захватив дежурным из своих припасов разных вкусностей. Может, им и досталась служба в праздничный день, но вкусно поесть они имели право.
Ее радостно встретили, с благодарностью принимая корзинку с провиантом. Лу выпросила у них разрешение залезть на запасную смотровую башню — там пока не велось дежурство, солдаты специально оставили ее пустовать на случай непредвиденных происшествий. Лу разрешили. В конце концов, даже если они попадутся — сегодня был праздник и капитан должен быть в хорошем настроении. Скорее всего…
Лу с удовольствием села на край башни — передняя стенка будки была еще не установлена, и можно было спокойно просматривать все пространство за стеной, сидя на краю. Девушка спустила ноги в темноту, с высоты глядя на открывающийся бескрайний мир. Башня покачивалась от порывов ничем не сдерживаемого ветра, и Лу наслаждалась тишиной и одиночеством. Прохладный вечерний воздух приятно охлаждал ей лицо. Постепенно она почувствовала, как напряжение ее покидает, и просто наслаждалась звездным небом, вдыхая ночной воздух. Лу не хотелось возвращаться обратно в помещение, и в госпиталь — тоже, и она для себя решила: если ее не скосит усталость — встретить рассвет на башне. Она ни разу толком не встречала рассвет ради удовольствия — то и дело куда-то неслась, проводя каждый день в делах и заботах. А отсюда это, должно быть, потрясающее зрелище.
Лу совсем потеряла счет времени и, облокотившись головой о деревянную опору, тихо мурлыкала свою любимую мелодию, когда за спиной раздался слишком громкий среди ночной тишины голос.
— Я так и думал, что вас опять потянет к стене… — Лу чертыхнулась, и, рискуя свалиться с башни, вскочила на ноги. Перед ней стоял, скрестив руки на груди, Дарма.
— Я сама залезла, мне никто не разрешал. — Лу сначала выпалила, а потом уже подумала, вдруг рассмеявшись.
— Вас выдали с потрохами мои солдаты. Я надеялся, что вы навестите вашего капитана, вернувшись с опасного путешествия, но, к сожалению, видимо, я не достоин такой чести. — Глаза Дармы внимательно всматривались в лицо девушки. Веселость Лу как рукой сняло.
— Я собиралась подойти, но рядом промелькнуло платье, и за ним я потеряла вас из виду. — Теперь Лу злилась на себя — ответ прозвучал как-то слишком обиженно. Дарма поморщился.
— С Гесс мы давно знакомы, поэтому она решила, что бурная встреча — хорошая идея. — Лу чуть не закатила глаза — Гесс, ну ничего себе!
— Вообще-то вы не обязаны отчитываться. — Лу повернулась снова к лесу, спеша закончить неудобный разговор. Через секунду она почувствовала, как рука капитана, едва скользнув по талии, остановилась на ее животе, прижимая девушку спиной к его корпусу. Сердце Лу отчаянно заколотилось. Она притихла, едва дыша в напряжении, ощущая на волосах его дыхание, не зная, куда деть руки.
— Я чуть с ума не сошел, когда мне сообщили, а вы даже не подумали о том, чтобы просто показаться на глаза — живой и здоровой. — Лу вдруг почувствовала запоздавший укол совести. Она повернулась к мужчине лицом, оперевшись о его грудь, все еще оставаясь в кольце его руки.
— Прости…те, я не знала… не думала, что вы обо мне настолько беспокоились. У вас миллион проблем каждый и день и я решила…
— Что, потеряв самую большую свою головную боль, я буду счастлив? — Дарма усмехнулся. Лу пыталась угомонить свое сердцебиение глубоким дыханием, но ощутила, как начинает кружиться голова. Рука Дармы напряглась, крепче прижимая ее к себе, и Лу совсем растаяла, положив голову ему на грудь, ощущая, как второй рукой он гладит ее по спине.
