Я никогда не была терпеливой. Пожалуй, это стоило назвать моим недостатком, с которым я усердно и порой даже успешно боролась. Но ожидание всё равно каждый раз давалось мне нелегко. Сейчас — особенно. Честное слово, предпочла бы отправиться за Фоуком сама, и плевать, несколько это опасно. Лучше так, чем изнывать от нетерпения и неизвестности дома.
В своём амулете я была уверена, а вот в продажном подельнике мерзавца — ничуть. Кто продался раз, запросто сделает это снова и снова, и поди знай, кому, когда и что выложит. Может банально побояться Фоука, рассказать ему всё, и тот придумает встречную ловушку. Хуже того, такую ловушку может устроить и Селбер, у которого возможностей ещё больше. В таких делах всегда ложь на лжи и обманом погоняет, не бывает иначе.
Пометавшись по комнате, я остановилась у окна и в очередной раз попыталась взять себя в руки. Обычно не особенно нуждалась в чьём-либо обществе, всегда могла без него обойтись и даже скорее предпочитала одиночество, но сейчас мне не хватало хотя бы Дины.
Она, конечно, попросила разрешения остаться в Валлерне, с матерью, и я позволила. Не была полностью уверена, что моё зелье подействует при столь запущенной болезни, так что никак не могла лишить её возможности провести с самым близком человеком, возможно, последние недели или даже дни. Мне в своё время никто не дал такого шанса, ни разу.
Беседовать с Ами меня не тянуло совершенно. Упрекнуть девушку было не в чем, работала она идеально, но симпатии друг к другу у нас не возникло. К тому же, я до сих пор ей совсем не доверяла. Чем меньше она знала обо мне и о каких-либо связанных со мной планах, тем было спокойнее.
Распахнув окно, я вдохнула вечерний воздух, ещё тёплый, наполненный запахами цветущего сада. Часы на ратуше били полночь. Сколько можно там возиться в самом деле?! Да иные сражения целых армий скорее заканчивались!
Шаги за дверью заставили меня вздрогнуть. Пальцы машинально сжали прохладное стекло флакончика с «туманом», хотя я сразу поняла, кто пришёл. Волнение не только не прошло, а ещё и усилилось. Теперь я переживала, что ничего не получилось.
— Выглядишь мрачнее самого Фоука, — чуть насмешливо констатировал Рэйн, прикрыв за собой дверь и прислонившись к стене рядом. — Неужели не рада видеть?
Лицо его, украшенное внушительной ссадиной на левой щеке, было сейчас довольным ну просто до невозможности. Прямо как у мальчишки, успешно обворовавшего соседский сад и не попавшегося при этом сторожу. И, надо полагать, как-то примерно так он себя сейчас и чувствовал. Вот уж верно, в жизни мальчика первые сорок лет самые трудные…
— Рада, — пожала плечами я, ставя не пригодившийся, к счастью, флакон на туалетный столик. — Это он тебя так украсил?
— Он меня, я его. Можно сказать, мы квиты.
— Вы — может быть, — кивнула я. — Где он?
— Сидит в уютном подвале. Пусть помаринуется до утра, поразмыслит, чего от него могут хотеть.
— Придумает, что соврать, — подхватила я.
— Это ему не поможет, — беспечно отмахнулся Рэйн, отлепляясь от стены и стаскивая изрядно пыльную куртку. — К тому же не сомневаюсь, что у него и так заготовлено не меньше десятка потрясающих историй на любой случай и вкус.
Очень хотелось поспорить, но пришлось согласиться. Солдаты удачи вроде Фоука готовы к неприятностям в любой момент, на каждом шагу. И до утра в самом деле ничего особо не изменится. Разве что поубавится надежд на быстрое освобождение, что может как раз сыграть нам на руку.
— Ладно, — сообщила я вслух. — Пусть помаринуется. Но я хочу с ним поговорить.
— Обязательно, — согласился Рэйн, стряхивая сапоги и растягиваясь на кровати.
— Серьёзно? — несколько опешила я.
За сегодняшний вечер я сама придумала кучу аргументов, чтобы заставить муженька пустить меня к мерзавцу. Что досадно, ни один из них так и не показался мне абсолютно убедительным. Больше того, я почти не сомневалась, что никуда меня не пустят. Самое большее позволят издалека подслушать разговор.
— Ты ведь очень жаждешь его крови, правда? — уголком губ усмехнулся Рэйн. — И, что немаловажно, он это прекрасно знает. И неплохо представляет себе, на что способна сильно разозлённая ведьма. Потому, полагаю, предпочтёт дать тебе нечто такое, что тебя от него отвлечёт.
— Имя заказчика, — задумчиво протянула я, открывая сундучок и задумчиво перебирая склянки.
— Хотя бы.
— По-твоему, этого мало? — сощурилась я.
— Учитывая, сколько прошло лет, этого может быть недостаточно.
— Меня в мрачности упрекаешь, а сам думаешь о худшем, — фыркнула я, садясь на край кровати и выдёргивая пробку. — Подвинься ближе, мне неудобно так далеко тянуться.
— Зато какой вид… — мечтательно протянул Рэйн. — Не хуже зелья действует, между прочим.
Я сердито затянула пояс халата. Вот так и знала, что зря надела эту сорочку. Никогда больше не буду никого слушать, да и вообще, чем проще, тем удобнее. Такой замечательный самообман, ага…
* * *
— Жива, значит, — равнодушно констатировал Фоук, окинув меня тяжёлым взглядом исподлобья.
— Можно подумать, для тебя это новость, — фыркнула я.
— Ты переоцениваешь свою роль в моей жизни.