Говоря о типичных направлениях литературного мотивационного творчества, следует назвать романтизм (литературу идеалов), сатиру (литературу антиидеалов), фантастику… Вот что, например, подметил М. Амусин в творчестве Стругацких: «В художественном строе прозы Стругацких выражается авторская концепция бытия, к которой писатели стремятся нас приобщить. Под цветастыми покровами фантастической условности здесь явственно ощутима упругая материя жизни, исполненная драматизма, внутренней напряженности. Жизнь эта волнует и влечет своей загадочностью, незавершенностью, она бросает человеку свой извечный вызов, требуя от него напряжения всех его сущностных сил в поисках достойного ответа. Стругацкие словно говорят нам: да, жизнь сложна, Вселенная безмерна, природа не расположена к человеку, путь социально-исторического развития изобилует мучительными противоречиями, благополучный итог не предрешен. Но только осязая неподатливость субстанции бытия, мы обретаем смысл существования, утверждаем свое человеческое достоинство. Стругацкие заражают нас своим неутомимым интересом к многодонности жизни, к ее непредсказуемости, к безмерности…»
Человек Мотивационный не удовлетворен настоящим, живет в будущем времени мечтами, верой, идеалами. А то и вне времени и вне пространства, не приемля окружающую действительность. В творчестве он пытается выразить свои чувства через исторические домыслы, фантастические ситуации, таинственные события. Пришельцы, техника будущего, мистика, как и авангардная форма поэтического слова, призваны вырваться из обыденного окружения, привлечь на помощь могущественные силы. Фантастика началась со сказок. В. Солоухин: «Когда народ не имеет реальных возможностей победить каких-либо захватчиков, насильников, освободиться от какого-либо гнета, тогда рождается эпос. Тогда народ в мечтах, чаяниях, надеждах своих прибегает к сверхсиле, к абсолютной силе, которая побеждает тех, кого народ хотел бы победить в реальности, но не может. Тогда рождаются все эти богатыри, мечи-кладенцы, коньки-горбунки, сивки-бурки… Народ начинает надеяться на сказку, на чудо». Мифотворчество оставило яркий след в нашей классической литературе: чертовщина Гоголя, демонизм Лермонтова, дьяволиада Булгакова… — обращение к зловещим правителям земных страстей, ибо земля, по христианской версии, мир зла.
Человек Мотивационный, вступив на путь нравственного развития, находится в поиске добра, в поиске смысла жизни. С этой точки зрения русская классическая литература всегда ставила высокие нравственные идеалы перед человечеством, решала этические сверхзадачи. Э. Гюней, турецкий критик и переводчик: «Идеалом героев, созданных Диккенсом, является хороший дом, счастливая семейная жизнь. Герои Бальзака стремятся приобрести великолепные замки, накопить миллионы. Однако ни герои Тургенева, ни герои Достоевского, ни герои Толстого не ищут ничего подобного… Русские писатели требуют очень много от людей. Они не согласны с тем, чтобы люди ставили на первый план свои интересы и свой эгоизм… Русская культура предъявляет слишком высокие требования, обрекает на мучительные поиски истины…»
Эмоционально воспринятое событие вызывает работу переживаний. Сумятицу чувств может упорядочить творческий процесс. Назвать чувство точным словом, проследить его корни, скрытые мотивы — значит освободиться от саднящей эмоциональной занозы. В настоящее время мастерами тонкого психолого-литературного анализа чувств, на мой взгляд, — являются писатели Юрий Нагибин и Фазиль Искандер.
В каждом виде искусств можно выделить характерные течения, обусловленные мотивационной психической активностью, однако это потребует отдельного исследования. Поэтому перейдем к науке.
Научное мотивационное творчество начинается в момент, когда какое-то явление не укладывается в привычную схему, концепцию, парадигму. Чтобы объяснить новый факт, требуется глобально пересмотреть прежние взгляды. Рычагом, способным перевернуть мир, является принцип, критерий, необходимый для систематизации, классификации, уложения в непротиворечивую целостность всех накопленных к этому времени фактов. Творческая идея есть тот критерий, с помощью которого рушится старое и строится новое теоретическое здание. Период новорожденной идеи необычайно насыщен эмоциями, переживаниями, позволяющими перестроить психическую систему восприятия мира. Новорожденная идея базируется на высочайшей эмоциональной доминанте, подвигающей к решению сверхзадачи благодаря поддержанию исполинской работоспособности и убежденности в своей правоте, несмотря на временный недостаток доказательств или ожесточенное сопротивление цепляющихся за старое людей.
