– Так народ давно поднялся… – развёл руками боярин, семеня следом.
– Молодцы!
– Поднялся и сбежал, – с виноватым видом объяснил Антип. – От туристов подальше. Ты уж прости… Ругают тебя, батюшка…
Юлий остановился и горько покачал головой.
– Знаешь, Антип… Я понял. Они ничего не хотят. Ничего. Стараешься, стараешься для них…
– Говорят ещё, Баба-яга с ними, – добавил княжеский советник.
Поддельный Князь нервно сглотнул.
– Это меняет дело, – пробормотал он и побежал обратно в опочивальню.
Первым делом Юлий выхватил из вазы цветок и спрятал за пазуху. Потом бросился к кровати и содрал с неё простынь.
– Княже, что делать будем? – спросил Антип, наблюдая за метаниями правителя.
Ничего не объясняя, Юлий разорвал зубами простынь надвое.
– Стоять до последнего, – пробубнил он и всучил боярину обрывки ткани. – Свяжи вместе!
Он подбежал к окну и открыл его настежь. Потом вернулся к Антипу, порывисто его обнял и сказал:
– Держаться! Держаться любой ценой…
На этом он выхватил у оторопевшего боярина конец простыни и прыгнул в окно. Антип проскользил по полу за простынёй и упёрся ногами в подоконник. Юлий успешно приземлился внизу и бросился наутёк.
В эту же секунду в опочивальню ворвалась Баба-яга. Увидев Антипа у открытого окна, она взревела:
– Сбежа-а-ал!!
Князь и Фрося стояли у кромки леса. Широкая дорога, бежавшая вниз с пригорка, вела к великолепному городу, окружённому белоснежными стенами. За ними поблёскивали на солнце маковки церквей и шпили дворца.
– Киев! – радостно воскликнул Князь. – Киев!
Позабыв обо всём, он рванул к городу.
– Коняшка! Коняшка! – окликнула его Фрося, оставшаяся стоять на пригорке. – А как же я? Забыл меня, да? Бросил… Не нужна я тебе! Ну и ладно!
Всхлипнув, она бросила ромашковый венок на землю и побрела обратно в лес.
На полпути к городу Князь резко спохватился.
– Ой, что это я? А Фрося? – Он обернулся, но девочки уже не было видно. – Фрося! Фрося! – закричал он и побежал обратно.
Но вскоре снова остановился. Он не знал, что делать. С одной стороны родной город, престол, подданные, с другой – одинокая девочка, которой он жизнью обязан. Нужно было принять решение…
Князь тяжело вздохнул и поскакал-таки в Киев.
А Фрося брела по тропинке и плакала. Вдруг она заметила в траве маленького птенчика. Он жалобно пищал. На ветке над ним было гнездо, в котором тревожно чирикала мама-птица.
Девочка осторожно подняла птенца и с улыбкой усадила малыша в гнездо:
– Вот…
Она снова подумала о своём копытном друге и топнула ножкой.
– Вот ведь коняшка-дурашка! Ты же пропадёшь без меня!
И Фрося побежала обратно.
Уже на подходе к городу Князь заподозрил неладное: ворота нараспашку, на посту никого…
– Что такое? – пробормотал он.
Прибавив ходу, Князь вбежал в город и не поверил своим глазам. Кругом была ужасная разруха. Повсюду развалины, улицы перекопаны, тут и там валяются обломки каких-то мраморных статуй. Горожане с тюками за плечами разбегаются кто куда. И самое страшное: отряд рыцарей в доспехах ведёт его дружину и тычет копьями в спины солдатам!
– Дружина! Подождите! Эй! Я вернулся! – закричал он им вслед, но никто даже не обернулся.
Князь кинулся их догонять и скоро поравнялся с пленными.
– Э, дружина! Что такое?! Кто это?
– Кто-кто, – хмуро отозвался один из дружинников. – Дед Пихто.
– Ежели Князь сбежал, почему бы и нам тоже не сдаться? – прибавил другой.
А воевода внезапно обернулся и внимательно посмотрел на неизвестно откуда взявшегося коня.
– А голос… – прошептал он, – голос-то Князя.
Иностранный рыцарь подтолкнул его вперёд:
– Иди, иди. Чего встал?!
Князь не отставал. Выбежал наперерез дружине и гневно спросил:
– Как допустили?!
Солдаты молча повесили голову.
А рыцари всё слышали и как давай гоготать:
– Даже лошадь ругает вас!
– Как же вам не стыдно? – продолжал Князь. – Ведь это ваш город. Посмотрите на него. Вы знаете здесь каждый камень, каждую… – Его взгляд наткнулся на нелепый фонтан с купидончиком. – Ну, кроме вот этого… Но это ваш дом!
Дружинники виновато оглядели оставшиеся от Киева руины.
Воевода вышел вперёд, бросил под ноги свой шлем и уселся на землю, виновато обхватив голову руками. Остальные солдаты повторили за ним. И даже иностранные рыцари поддались всеобщему настроению и тяжело опустились на землю, склонив головы в шлемах.
Князь всё распалялся.
– Вы, наверное, скажете, что вы не богатыри…
– Да, не богатыри… – грустным хором отозвались дружинники.
– Найн, найн… – вторили им рыцари.
– Подымите, подымите головы! – велел Князь, продолжая свою вдохновенную речь. – Сегодня… Вернее вчера или даже позавчера… Неважно! Я встретил маленькую девочку… И только благодаря этой встрече случайной был спасён ваш Князь. От колбасы… Вернее, не от колбасы. Жизнь его была спасена! Фросей её зовут. Фрося спасла вашего Князя. Она пошла на подвиг, богатыря достойный. И я хочу спросить вас: разве нет и в вас духа богатырского?
Все – и дружинники, и рыцари – вскочили на ноги и заголосили:
– Есть! Есть! Есть!
– Так боритесь же с иноземными захватчиками вместе со мной! Вашим Князем!
Все замерли в удивлении. И тут только правитель опомнился.
