– Итак, в прошлый раз мы рассматривали способы увеличения скорости процесса перестройки материи. В идеале вы должны научиться трансформировать предмет за секунды. Но быстрота не всегда благо. Кто скажет, почему?
– Обратно не вернуть! – хохотнул кто-то с последних рядов.
– Нельзя внести коррективы в первоначальный импульс, – заученно оттарабанила зазнайка и отличница Мо́на.
– Элара Ардо, а что вы скажете? – взгляд синих глаз Корна остановился на мне.
– Как будущий следователь, я хотела бы фиксировать следы, а для этого необходимо раскладывать процесс на составляющие, – ответила спокойно. – Быстрая трансформация такой возможности не предоставляет.
– Похвальное желание.
Корн звонко прищёлкнул пальцами. Журнал на его столе мгновенно превратился в вазу с розами. По аудитории поплыл цветочный аромат.
– Зачёт автоматом тому, кто проведёт обратную трансформацию.
– Эх… – погрустнела Нели. – Мне это физически не потянуть – резерва не хватит.
– Здесь никто такое не потянет, – тихо заметила я. – Сильно сомневаюсь, что и у самого Корна получится. Повернуть преобразование вспять в первые минуты после применения – на это лишь Ксан способен. Ну, может, архимаг Винеи.
– Почему? – удивилась Нели.
– Ты забыла второй закон трансформации? Любое изменение, проводимое сразу после первичного преобразования, требует в десять раз больше энергии, чем вложено изначально.
– Отлично, элара Ардо, – произнёс Корн.
Я покраснела. У всех магов прекрасный слух. К сожалению, я до сих пор периодически об этом забывала.
– Из вас выйдет прекрасный следователь, – похоже, Корн не шутил. – Рассудительный и хладнокровный. Поэтому специально ради вас сегодняшнюю лекцию мы начнём с метода Ю́нера, позволяющего выявить мельчайшие подробности преобразования.
Студенты дружно потянулись к визионам, я тоже включила запись и вся превратилась в слух. Два часа лекции пролетели словно пара минут, настолько было интересно. Разумеется, я забыла обо всём на свете. Очнулась лишь тогда, когда Корн поблагодарил всех за внимание, а Нели потрясла меня за плечо.
– Эля! За тобой пришли!
Оглянулась: у двери стоял Ксан, выходящие студенты очень осторожно проскальзывали мимо. Я попрощалась с Нели и заторопилась к выходу.
– Хорошо, что ты не пошла со мной, – первым делом поделился Ксан, едва мы покинули аудиторию. – Грай набросился на ключи, будто на них наложен любовный приворот. Вцепился в меня словно клещ, заставил дважды рассказать, как мы их получили, потом ещё при свидетелях зафиксировал мои показания. Спасибо, не потребовал притащить тебя. Зато найденная нами запись его не заинтересовала. Ей, оказывается, сто четыре года, специалист установил точную дату. Срок давности истёк, уже неважно, о ком говорил элар Ардо и какое ментальное вмешательство он имел в виду.
– То есть никто не узнал элару Ринд? – переспросила я. – И ты, естественно, не стал пояснять, что девушка на записи – ректор Университета?
– Я надеюсь, что Ардо ошибся.
Ксан взял меня за руку и повёл по коридору.
– Возможно, произошло какое-то недоразумение. Или кто-то нарочно оклеветал Сали. Не хочу верить в её вину. Не только потому, что благодарен ей за то, что она сделала для меня. Просто я её хорошо знаю. Сали не стала бы применять ментальную магию кому-либо во вред.
– За столько лет она могла измениться – именно после того жестокого урока.
– Эля, я следователь, – Ксан остановился, серьёзно взглянул в глаза. – Любые слова – это всего лишь слова. Пока они не подкреплены доказательствами, я буду подвергать их сомнению. Что мы видели на записи? Влюблённую пару, и следом – послание элара Ардо. Ни описания преступления, ни имени той, к кому он обращается.
– Он и не мог его произнести. Вдруг запись попала бы к кому-либо в руки? – Я пригладила пышный хвост белоснежных волос. – Демон, я очень хорошо отношусь к эларе Ринд. И вовсе не хочу, чтобы у неё были неприятности. Но что, если убийство моего отца и те события в прошлом связаны?
– Каким образом?
– Допустим, отца отравили именно потому, что он знал о том давнем преступлении.
– Спустя век? – Ксан скептически хмыкнул. – Эля, это смешно. Прошло сто лет, в самом худшем случае, на виновного начали бы коситься. Решиться на убийство из-за косых взглядов?
– Но мы же не знаем, что это за ментальная магия, каковы были её последствия… – я оборвала сама себя. – Ладно. Ты прав, пусть прошлое остаётся в прошлом. Мы сейчас в храм?
– В храм, – улыбнулся Ксан. – Идём, переоденемся.
Свадьбы магов нельзя назвать пышными мероприятиями. Почему так получилось – загадка. Конечно, сам обряд – таинство перед Вездесущим, в храм жених и невеста отправляются вдвоём, всё равно служитель никого больше не пустит. Но никто не мешает потом пригласить родителей и гостей, устроить торжественный обед и праздновать хоть несколько дней. Люди так и поступают, маги – нет. Элар Нарт на лекциях по истории магии объяснял это тем, что мы гораздо ближе к Вездесущему и нам не нужны дополнительные подтверждения брака.