Мой скафандр превратился в твердую, неподвижную скорлупу.
Ника подошла вплотную, приблизила лицо к шлему. Сказала:
– Тебе стоило сообразить, что твой скафандр ничем не отличается от скафандра подруги. И не позволять мне тянуть время.
Я дернулся изо всех сил.
Это было все равно что биться об стену. Скафандр превратился в застывшую кольчугу, в пустотелую статую, где я был замурован.
– Вначале я хотела убить тебя, когда сумею подчинить скафандр, – пояснила Ника. – Мучительно, но довольно быстро, времени для игр мало. Потом прикончить твою подругу и пойти к кораблю. Но…
Она положила ладонь на шлем, побарабанила пальцами по стеклу.
– В одиночку у меня мало шансов добраться до Инсека. А ваша смерть мало что значит. Поэтому я меняю планы и ухожу. Подумай над моим предложением.
Повернувшись, Ника зашагала прочь, в ту сторону, откуда они пришли. Что там у них, корабль? Портал?
Я беспомощно смотрел на нее, не веря до конца, что мы остались живы. Со Слуг станется играть, будто кошка с мышью…
– Не правда ли, это неплохое доказательство честной игры? – спросила Ника, не оборачиваясь.
Она удалялась все дальше и дальше, а я смотрел вслед, пока ее фигура не затерялась среди непроглядных теней. И только тогда поверил, что мы и впрямь живы.
Скафандр вдруг утратил свою твердость, и я мягко повалился вперед. Одновременно я услышал голос Миланы:
– …сразу бить! Сразу надо было, балбес!
– Я тебя слышу, – сказал я, выпрямляясь. Милана тоже начала двигаться, с недоумением обернулась, выискивая глазами Нику.
– Где эта ведьма?
– Она ушла, – ответил я. – Действительно ушла.
Мы медленно сошлись. Неловко посмотрели друг на друга.
– Извини, что ругалась, – сказала Милана.
– Ничего. Она предложила нам временный союз.
– Я всё слышала. Думаешь, не врет?
Я пожал плечами. Сказал:
– Не вру я и не врешь ты. Еще Дарина не врет. А эти… все… только и делают, что врут.
– Мы расскажем Инсеку про ее предложение?
Я подумал.
– Вернемся и выслушаем его. Мне кажется, мы заслужили право кое-что узнать из истории человечества, верно? А там посмотрим, кто из них хороший парень.
– Ты извини, – еще раз сказала Милана.
– Да я и впрямь балбес, – признался я.
– А… ты только про балбеса слышал?
– А что еще мог услышать? – насторожился я.
– Ничего, – быстро ответила Милана. – Я так, вслух рассуждала все время вашего разговора: «Дорогой Максим, ты умный и хороший, зачем же ты ведешь с ней разговоры, если знаешь, что она может делать со скафандрами? Это неосмотрительно, и только не самый сообразительный и очень наивный юноша не поймет подвоха!»
– Вот-вот… – Я взял ее за руку. – Пошли в корабль. У нас было задание защитить Инсека, а не уничтожить всех нападавших. Мы справились.
Милана кивнула, и мы двинулись прочь от «Орла». На секунду мной овладело сильное желание оторвать кусок фольги или отвернуть какую-нибудь гайку – на память. Потом я решил не искушать судьбу.
В конце концов, Ника могла передумать и вернуться.
– Она психопатка, – жаловалась Милана, пока мы шли. – Я бы справилась с ней, уверена, но она сломала скафандр. Потом стояла рядом и говорила гадости… в основном о том, что мне отрежет и что я почувствую. Ей и впрямь почти сто лет? Ведьма…
– Представь себе бедную, некрасивую и глупую девчонку, – сказал я. – И вдруг ей дали красивое тело, сделали умнее, дали маленькую, но власть.
– В кино после этого люди меняются к лучшему.
– А в жизни не всегда.
Милана некоторое время молчала. Мы шли, точнее, перемещались большими неспешными прыжками. Воздух в моем скафандре слабо, но неприятно пах по́том, мочой и кровью, Инсек, при всей его мудрости, не задумался о такой мелочи, как обоняние.
Может быть, сам он вообще не чувствует запахов?
– Все думают, что власть и благополучие развращают, – сказала Милана. – А на самом деле нищета и бесправие ничуть не лучше… Ты готов с ней сотрудничать?
– Я готов с дьяволом сотрудничать, – ответил я. – Если удастся убрать с Земли всю эту компанию.
Корабль ждал нас – открыл дверь и впустил. Мы стащили скафандры – в атмосфере они легко раскрылись по спинному шву.
И, ничего не говоря, отправились мыться. Наверное, нас могли бы понять только космонавты, совершавшие многочасовые выходы в космос. Ну или астронавты, летавшие на Луну.
Если Инсеки и впрямь лишены обоняния – в этом есть свои плюсы.
Мы стояли под струями воды, разбивающейся о наши тела в теплые влажные облака. Яростно намыливались.
Потом просто постояли в водяной пыли, глядя друг на друга.
Мы были на Луне, а всё, что происходит на Луне, там и остается.
Инсек отвел нам не так много места для ожидания. Душевая комната и шлюзовая, вот и всё. Никакой мебели не было, но при слабом притяжении она не особо и нужна. Пищи и воды нам тоже не предложили. Я невольно подумал, что, если Инсек не перенесет курса лечения или оно затянется, нам придется туго.
К счастью, через час в стене открылся проход.
Помещение, в котором нас ждал Инсек, было совсем небольшим. Он сидел на круглом подиуме, в своей странной манере – подогнув под себя брюшко и вытянувшись вверх. Глаза, похожие на человеческие, внимательно смотрели на нас.
