- Как бы ты разыскивал разумных существ с большого расстояния? Может, даже из другого времени, или из другого измерения, и на огромной территории? Или, может, наблюдал за людьми?
- Разрешаю тебе придумать, как сделать это.
- Спасибо! - ответила я. - Я бы рассеяла очень простые и безотказные датчики, реагирующие на металл!
- И надеть один на рог зубра - это верняк! - подхватил Карнадут.
Я волновалась:
-Железо не ходит по земле, носителем железа может быть только разумное существо, достигшее стадии обработки металлов! Узнай у Краснокутского, сколько металлических предметов было у его ребят.
- Зачем мне Краснокутский? Я знаю всё оружие в племени, оно под счёт. У Вована был топорик. Я два принёс в деревню и один выдал Вовану, когда собрались идти сюда. У Толяна собственный самострел с пружинами, у Макса самострел Вована - он ему отдал, а сам вёл собаку. Ножи и заточки у всех ребят, и остальное - кастеты, стрелки, но это мелочи.
- На мне из железа - только пистолет. Я забыла, а теперь припоминаю, что один голубой огонёк был в мою сторону, и очередь мелких искр - в сторону нашего логова, может, потому что там было сложено всё железо, которое несли. Конечно, неожиданно было увидеть искры на чёрном колпачке, но я на втором курсе подрабатывала в цехе при киностудии, ещё и не такие нано-технологии собирала из всякого бросового хлама. Например, я смастерила протез для пирата из 'Космической гавани', видел бы ты, получилась совершенно неземная штука. И мне неплохо заплатили, хоть стрелялку в него монтировал другой специалист. Я сначала решила, что нарог у зубрихи - случайная вещь. А теперь не знаю, что и думать. Надо дождаться, когда Вован протрезвеет. Расспроси у него подробности. У меня других забот полно.
Мы чмокнулись в последний раз, мне досталась забытая в кармане шоколадная медаль - как же, из буфетных запасов стырил. Я позволила Боксёру откусить кусочек.
'День - супер!' - улыбнулся он и выскользнул первым.
В административном корпусе двигались, мягко хлопали многочисленными евро дверями и переставляли мебель.
Расспросить Вована нам удалось не сразу.
Вован нацелился заслужить титул неудачника и повесился на ограде.
На рассвете следующего дня залаяли собаки и заверещала дурным голосом Света Конторович. Все ещё сладко спали после трудного перехода, но десятники свистнули подъём, все вскочили, кое-как оделись и побежали.
Я недосчиталась на месте двух девушек: Светы и Насты. А ведь должна, обязана знать, где находятся мои люди.
Денис позже всех явился к ребятам. Десятник Димка Сивицкий, нагловатый по причине своих зелёных пятнадцати лет, уже руководил и своими людьми, и ребятами Понятовского, так как являлся командиром звена, входившего в большой комендантский отряд.
Конечно, я догадалась, с кем был комендант, хоть Денис что-то буркнул насчёт несварения желудка.
С этим нужно что-то делать. Не со слабым желудком Понятовского, а вообще. Или не предпринимать ничего? Не составлять же мне график для милующихся голубков, украшенный розовыми сердечками?
Краснокутский, с рюкзаком и при оружии, умудрился провалиться под ограду. Это случилось как раз в том месте, где упала, разворотив землю корнем, располовиненная по всей высоте осина, и Вован собирался воспользоваться деревом как мостом через овраг и уйти в лес один. Видимо, он обиделся за вчерашние разборки. Но земля осыпалась под ним, Краснокутский, осоловевший после вчерашней пьянки, как стоял, так и съехал вниз, туристический рюкзак застрял под оградой и Краснокутский повис на крепких шлейках. Он оказался спеленатый подмышками, и не мог нащупать опору для ног; лёгкий песчаный грунт крошился и сыпался, а внизу прямо под ним топорщилось острыми щепами съехавшее вниз дерево.
Над его головой суетились и выясняли отношения Света и Елисей. Света звала на помощь, плакала над своим Вованчиком и обвиняла Елисея во всех смертных грехах, будто он столкнул Краснокутского.
Когда все сбежались, Карнадут оставил сильных парней, остальных распустил. Велел только принести на всякий случай носилки. Носилки в лагере были.
Под ступни Краснокутского пропустили верёвку, на которую он смог встать. Шлейки рюкзака разрезали, рюкзак сняли с его спины, ножами расширили дыру, через которую он провалился под ограду, и парни потянули Вована наверх, подстраховывая со всех сторон. Для этого Адамчик и Карнадут перелезли через прутья и поднимали Краснокутского, ухватив его за ремень. Сверху его взяли подмышки, и он заорал благим матом от боли. По лагерю его пронесли на носилках, уложили на матрас и позвали в котельную медиков.
Таня растерялась, расплакалась.
Зато Паша приказал разрезать одежду на Воване, ощупал плечо и предплечье, уверенно определил растяжение и закрытый перелом и посетовал лишь на то, что нет гипса.
- Есть гипс! - сказала Иванка Метлушко. - В кружковой комнате есть гипс в пакетах, я сама его перекладывала в другой шкаф. Из гипса делали зверюшек и раскрашивали их. Я принесу!
Слава Левант спросил:
