– Держи, – Маст протянул ей ещё кусок, – не говори, что ты наелась. Не поверю, – он держал кусок у ее рук, пока она снимала другую варежку, – тебе тяжелее всех продержаться на севере.
– Ну и зря, – Зарат улыбнулась и взяла кусок, – для меня и этой порции было вполне достаточно.
Алор больше не разговаривал ни с кем, все ещё пребывая в размышлениях. Возможно, то, что с ним происходит сейчас это лишь притянутая за уши теория, возможно, что он понял так, как выгодно было ему самому. Однако, если все именно так, вся ситуация – лишь огромное везение. Возможность исправить ошибки, откатить историю и забыть все, как страшный сон. Только войны не избежать, придется спустить её от покровителей на землю.
– Как думаешь, почему началась война у богов? Они же никогда не касались нашей жизни, но начали именно со смертью Эльта, – Зарат вынула из сумки со спины лошади толстый густой мех и разложила его на снегу у костра.
– Боги нам никогда не скажут этого, – Маст разложил свой мех рядом и сел, – Свет сказал, что они не дают ответа по прошению, а уж тем более о своих делах.
– Бабушка… Хранительница всегда говорила мне так же, – Зарат чуть улыбнулась.
– Бабушка, – Маст усмехнулся, переводя взгляд назад на костер, – ты звала ее так всю жизнь, зачем сейчас называть по-другому?
– Не знаю, – девушка легла на мех, закутываясь в накидку, – все же, как оказалось, она бабушка тебе. Я лишь попалась на её пути там, где нельзя было оставить ребенка.
– Спи, – он рассмеялся и положил руку ей на плечо, подтягивая мех выше, – утром разбужу рано, Алор не досидит здесь и до рассвета.
Ночь опустилась быстро, но от снега Тьма не обретала полной власти на севере, отпуская сюда лишь вторых богов. Без огня путешествовать тут было опасно, Страх и Смерть часто развлекались с путниками, заводя их в глубокие барханы снега себе на съедение. Тут им с давних приносили жертвы, а когда народ посчитал это варварством, боли стали добывать их сами. Маст смотрел в пламя, углубляясь в размышления о богах. Еще из рассказов бабушки, он помнил о трех исках в их изначальном состоянии, о предательстве Огнем своей искры и союзе со Страхом, о рождении Войны. Никто и не догадывался, как теперь относятся друг к дугу искры, но Огонь для Маста оставался предателем своего создателя Света.
– Зря ты так, – в пламени появилось лицо, губы его были сомкнуты, а голос звучал лишь в голове мятежника, – я не питаю ни к кому ненависти, злобы, а Страх не так ужасна, как видите ее вы – люди.
– Это лишь мое мнение, – Маст пожал плечами, подложив в пламя сухих веток, – я не выражаю ненависти или симпатии, я живу, сколько мне отмерено и благодарю за это. Остальное – наших рук дело.
– Запомни, как свое имя, в тьме нельзя оставаться без меня, так Страх не коснется вас, – лицо растворилось в языках пламени. В этот раз встреча с богом не удивила его и не напугала.
Парень накрыл спину своим мехом, переводя взгляд с огня на спящую рядом девушку. Она поджала ноги к животу, кутаясь в плотной накидке. За время пребывания в лагере ее раны затянулись и больше не тревожили болью. Лишь глубокие шрамы на руке пугали саму девушку, напоминая животный страх. А вместе с ней напрягался и он, вспоминая кровавые полосы на худом обнаженном теле и беззвучные рыдания. Как он прижимал к себе дрожащее тело незнакомки. Жестокость в любом её проявлении вызывала в нем жалость к жертве и ненависть к мучителю, кровавую, лютую ненависть. И теперь он знал, может это оставить. Вздрогнув от злобы, Маст сел ближе к ней и слегка коснулся рыжих волос, успокаиваясь.
– Уже пора? – Зарат медленно открыла глаза, чуть отбрасывая накидку.
– Нет, поспи ещё немного. Я не хотел будить тебя, – он снова коснулся ее волос и прикрыл глаза, ощущая, как отступает злость, – не замёрзла?
– Немного, голова мёрзнет, – девушка усмехнулась, закутываясь с головой в накидку.
– Не проблема, – Маст встал и взял ножные концы меха, на котором лежала девушка, широко улыбаясь, – держись.
Он крепко сжал в кулаках скользкий выделанный мех и потянул его, разворачивая девушку боком к огню, не отрывая взгляда от ее улыбки. Она прикрыла подбородок накидкой, другой рукой придерживая мех под спиной. Расправив края, Маст сел у ее головы.
– Ложись, – он кивнул на колени, – так холодно не будет.
– А тебе? – Зарат приподнялась и положила голову на его ноги.
– А я не мёрзну, – он подкатил к спине полено и облокотился на него, – спи, ещё есть время, – Маст положил руку на плечо Зарат и поднял глаза на костёр.
Как и думал Маст, Алор разбудил всех, едва на востоке появилась тонкая голубоватая полоса над поверхностью снегов. Метель стихла, позволяя спокойно продолжить путь. Барханы раздуло ночным ветром, и можно было спокойно выбрать более легкую для коней дорогу. Снова выстроившись в цепь, воины чуть ускорились. После отдыха они готовы были двигаться в любом направлении – веди их сейчас видения за стену, они охотно пошли бы и туда.
– Топрин, – Алор остановился на покатом берегу, дожидаясь отряд.
