– Касается! Потому что все подробности заказов были перечислены в договорах с центром, и големов создавали именно для пыток. – И так очень светлокожий Накамура побелел. – Практически всех големов, за исключением «муравьёв», создавали с неповреждённым мозгом. Это тоже политика центра: «Всё, что хотите, за ваши деньги».
Материалы из Японии внешне не были особо ужасающи, напоминая, скорее, прейскурант какого-нибудь элитного борделя. Только постоянная строчка в договорах: «с сохранением умственных способностей», да мелькавшее кое-где «максимальное занижение болевого порога» подтверждали, что в филиале отлично знали, для кого и зачем создают големов. А так – иногда казалось, что это пансион благородных девиц, даже знание чайной церемонии прописывалось, а в некоторых случаях и знакомство с классической японской и китайской литературой. Такие заказы делались обычными богачами, которые хотели просто красивых наложниц для своих мини-гаремов. И даже раздел прейскуранта назывался соответственно: «Павильон павлоний».21
– Все документы по филиалам центра изучены, – объявил Нейбауэр. – Ваши выводы по ним согласуются с нашими определениями: «преступления против человечности». Завтра утром вам представят предварительные заключения по деятельности центра, потом перейдём к рассмотрению сопутствующих дел частных лабораторий и общественных организаций. Все согласны? Кто-то хочет высказаться?
– Да! – Митя, давно уже не тихий и робкий, а один из самых активных участников обсуждений, поднял руку, и все невольно улыбнулись этому, недавно узнанному ребятами, обычаю школьников прошлых веков. Но забавный жест был вполне уместен – так невысокие мальчишки привлекали к себе внимание остальных.
– Слушаю вас. – Австриец внимательно посмотрел на юного коллегу.
– Я пока плохо понимаю законы и могу сказать только, что действия сотрудников центра – преступление. Поэтому я проанализировал развитие проекта с течением времени. Можно?
Митя вывел на экраны круговую диаграмму:
– Вот таким был первоначальный проект, о котором собрал сведения Лев Борисович. Основной упор делали на создание относительно нормальных в умственном плане, просто недалёких и идеально послушных «муравьёв». На втором месте киборги, хотя уже тогда руководство понимало, насколько сложно их создание. На третьем месте мы, «компьютеры» – необходимое, но узкоспециализированное «оборудование». И только на четвёртом, как подсобный, позволяющий получить небольшую прибыль, вариант «компаньона» или «секс-куклы». «Компаньон» как полноценный, идеально преданный слуга, считался перспективнее, чем «кукла». А вот как менялись приоритеты.
Диаграмма на экранах уменьшилась и уехала в угол, на её месте возник график с разноцветными линиями: одни резко поднимались вверх, другие так же резко падали, третьи шли почти горизонтально. Митя объяснял:
– Ушедшая в ноль линия – киборги. Их так и не сумели создать, и мы уже говорили, почему: без идеального совмещения мозга и компьютера киборг не получится, а делать подключённые к периферийной нервной системе протезы могут многие фирмы, это не уникальное предложение. Не делали и «компаньонов», и Лёшка – единственный в своём роде. «Компаньон» как умный, здоровый, идеально верный друг и слуга, оказался никому не нужен. Так что это направление закрыли сразу после бегства Лёшки, использовав наработки Льва Борисовича в других проектах. «Компьютеры» тоже не совсем оправдали их надежды. Учёные, конечно, всегда ценились, но их мало, выдавать чужие разработки за свои рискованно, особенно когда сам плохо понимаешь, о чём идёт речь.
Митя по-взрослому усмехнулся, вспомнив, как ему с братьями приходилось по многу раз объяснять учёным простейшие для мальчишек вещи.
– Поэтому, кроме нашей группы, они к моменту штурма не создали ни одного работающего «компьютера», только несколько заготовок в канадском филиале. Вместо этого они решили делать намного более востребованных «лабораторных мышей» для медиков: неврология, генетические сбои, аутические расстройства – то, что и сейчас считается самым сложным. «Лабораторных мышей» в первоначальном плане не было, этот пункт добавили два года назад, и заказы только начали поступать.
Митя, устав от долгого монолога, вздохнул, переводя дыхание, и продолжил:
