При этом Вернер Гейзенберг приложил огромные усилия к тому, чтобы снизить эффект своего заявления о бомбе-«ананасе». На прямой вопрос фельдмаршала Мильха о сроках передачи бомбы военным для использования ее по назначению Гейзенберг, охваченный паникой, что ему предъявят приказ фюрера к такому-то числу доставить бомбу на аэродром, начинает затемнять, загораживать нарисованную им картину ужасного действия бомбы пространными рассуждениями о необходимости предварительного пуска реактора, об ограниченности экономических возможностей Германии, о проблеме получения сверхчистого урана, о нехватке тяжелой воды. Словом, резюмирует он, на создание бомбы понадобятся годы… Гейзенберг разжег воображение генералов и тут же постарался погасить его, испугавшись грядущей ответственности перед человечеством.
Спустя некоторое время, а именно 23 июня 1942 года, Альфред Шпеер докладывал Гитлеру о предпринятых им мерах по дальнейшему вооружению вермахта. Разочарованный второй частью ядерной информации Вернера Гейзенберга о реальных сроках создания нового оружия, министр вооружения все же оставил в своем докладе фюреру вопросы, связанные с атомной бомбой.
Но поместил он их в сообщении Гитлеру только под номером шестнадцать.
А Вернер Гейзенберг сосредоточил свои усилия на создании и запуске уранового реактора с тяжелой водой в качестве замедлителя цепной реакции. Снова и снова он сталкивался с нехваткой тяжелой воды…
Погожим декабрьским днем 1944 года быстроходный высотный бомбардировщик дальнего действия стартовал с одного из подмосковных аэродромов. Сразу после взлета штурман корабля взял курс в сторону Ленинграда. Здесь была первая посадка самолета. Вместе с экипажем сошли на землю семеро плечистых, обвешанных оружием ребят.
Здесь их уже ждали. В небольшом домике, стоявшем в полукилометре от взлетной полосы, был приготовлен сытный ужин, поставлены раскладушки. Плотно подзаправившись, ребята по команде старшего – им был среднего роста крепыш лет тридцати с худощавым лицом и выправкой спортсмена – улеглись спать. Летчики вернулись к самолету, чтобы вместе с авиатехниками еще раз все проверить и перещупать.
Часа через два командир самолета подошел к раскладушке, на которой спал старший специальной группы, и тронул его за плечо.
– Уже пора, – сказал он.
Бомбардировщик не был приспособлен для перевозки пассажиров. Лететь в нем неудобно, но большая скорость и потолок полета компенсировали эти мелочи, обеспечивая надежность доставки семерых парней.
Самолет легко оторвался от дорожки и круто стал набирать высоту, идя над Финским заливом. Вскоре в отсек, где, скорчившись, сидели ребята, протиснулся второй пилот и знаком показал старшему: пора надевать кислородные маски.
Самолет продолжал набирать высоту. Достигнув своего потолка, машина стала разворачиваться. Курс, проложенный штурманом, прямой линией пересекал Балтийское море и обрывался у польского побережья в районе Данцига.
Кёнигсберг готовился к Рождеству.
Невеселым оно было в этом году. Сорок четвертый год развеял иллюзии большинства немцев. Немного осталось тех, кто верил в возможность иного поворота войны, в новое оружие, в раздоры между членами антигитлеровской коалиции, в непогрешимый гений своего фюрера. Все заманчивее становилась мысль о сепаратном мире с Англией и Соединенными Штатами Америки, и «верные слуги» фюрера снова подумывали о бомбе для своего вождя.
Но было бы неправильным считать, что победа над фашистской Германией уже не потребует каких-либо значительных усилий.
Изрядно потрепанный зверь еще не был ранен смертельно и продолжал огрызаться, пожирая все новые и новые жертвы.
На Западном фронте немецкие войска совершенно неожиданно, после того как целые гарнизоны гитлеровцев сдавались случайно повернувшему в город американскому мотоциклу, перешли 16 декабря 1944 года в наступление в Арденнах.
В то же время сорок четвертый был годом целого ряда поражений вермахта на Восточном фронте. Десять сильных стратегических ударов Красной армии в различных направлениях обратили в беспорядочное бегство германские войска, к концу 1943 года было освобождено две трети обширной территории Советского Союза, оккупированной ненавистными пришельцами в 1941–1942 годах. Сорок четвертый год, который начался разгромом фашистской группы армии «Север» под Ленинградом, был знаменателен выдающимися победами Красной армии, которые достались ей нелегко. Гитлеровцы с чрезвычайным упорством дрались в Польше, под Тернополем в Западной Украине, а позднее в Венгрии и Словакии. Особенно ожесточенным было сопротивление фашистов на всех участках, лежащих на прямом направлении к Третьему рейху, в частности на подступах к Восточной Пруссии, а затем и в самой Восточной Пруссии.
Немцы явно утратили былое численное превосходство. Союзные войска с июня вели наступление на Западе, и к сентябрю Германия потеряла всех своих союзников – на ее стороне сражалось теперь всего несколько венгерских дивизий.
