| This was simply because he lived in the hotel. | Это было вполне естественно, так как он жил в самом доме. |
| He found Buckingham seated at a table in his bedchamber, writing orders with his own hand. | Он застал Бекингэма в спальне за столом: герцог собственноручно писал какие-то приказания. |
| "Mr. Jackson," said he, "go instantly to the Lord Chancellor, and tell him that I charge him with the execution of these orders. | - Господин Джексон, - обратился герцог к вошедшему, - вы сейчас же отправитесь к лорд-канцлеру и скажете ему, что выполнение этих приказов я возлагаю лично на него. |
| I wish them to be promulgated immediately." | Я желаю, чтобы они были опубликованы немедленно. |
| "But, my Lord, if the Lord Chancellor interrogates me upon the motives which may have led your Grace to adopt such an extraordinary measure, what shall I reply?" | - Но, ваша светлость, - заметил секретарь, быстро пробежав глазами написанное, - что я отвечу, если лорд-канцлер спросит меня, чем вызваны такие чрезвычайные меры? |
| "That such is my pleasure, and that I answer for my will to no man." | - Ответите, что таково было мое желание и что я никому не обязан отчетом в моих действиях. |
| "Will that be the answer," replied the secretary, smiling, "which he must transmit to his Majesty if, by chance, his Majesty should have the curiosity to know why no vessel is to leave any of the ports of Great Britain?" | - Должен ли лорд-канцлер такой ответ передать и его величеству, если бы его величество случайно пожелали узнать, почему ни один корабль не может отныне покинуть портов Великобритании? - с улыбкой спросил секретарь. |
| "You are right, Mr. Jackson," replied Buckingham. | - Вы правы, сударь, - ответил Бекингэм. |
| "He will say, in that case, to the king that I am determined on war, and that this measure is my first act of hostility against France." | - Пусть лорд-канцлер тогда скажет королю, что я решил объявить войну, и эта мера - мое первое враждебное действие против Франции. |
| The secretary bowed and retired. | Секретарь поклонился и вышел. |
| "We are safe on that side," said Buckingham, turning toward d'Artagnan. | - С этой стороны мы можем быть спокойны, -произнес герцог, поворачиваясь к д'Артаньяну. |
| "If the studs are not yet gone to Paris, they will not arrive till after you." | - Если подвески еще не переправлены во Францию, они попадут туда только после вашего возвращения. |
| "How so?" | - Как так? |
| "I have just placed an embargo on all vessels at present in his Majesty's ports, and without particular permission, not one dare lift an anchor." | - Я только что наложил запрет на выход в море любого судна, находящегося сейчас в портах его величества, и без особого разрешения ни одно из них не посмеет сняться с якоря. |
| D'Artagnan looked with stupefaction at a man who thus employed the unlimited power with which he was clothed by the confidence of a king in the prosecution of his intrigues. | Д'Артаньян с изумлением поглядел на этого человека, который неограниченную власть, дарованную ему королевским доверием, заставлял служить своей любви. |
| Buckingham saw by the expression of the young man's face what was passing in his mind, and he smiled. | Герцог по выражению лица молодого гасконца понял, что происходит у него в душе, и улыбнулся. |
| "Yes," said he, "yes, Anne of Austria is my true queen. | - Да, - сказал он, - правда! Анна Австрийская -моя настоящая королева! |
