| The cardinal was left free to carry on the siege, without having, at least at the present, anything to fear on the part of the English. | Итак, кардинал имел теперь возможность продолжать осаду, ничего не опасаясь, по крайней мере временно, со стороны англичан. |
| But it must be acknowledged, this response was but momentary. | Но, как мы только что сказали, это спокойствие оказалось лишь временным. |
| An envoy of the Duke of Buckingham, named Montague, was taken, and proof was obtained of a league between the German Empire, Spain, England, and Lorraine. | Один из курьеров герцога Бекингэмского, по имени Монтегю, был взят в плен, и через него стало известно о существовании союза между Австрией, Испанией, Англией и Лотарингией. |
| This league was directed against France. | Этот союз был направлен против Франции. |
| Still further, in Buckingham's lodging, which he had been forced to abandon more precipitately than he expected, papers were found which confirmed this alliance and which, as the cardinal asserts in his memoirs, strongly compromised Mme. de Chevreuse and consequently the queen. | Больше того, в ставке Бекингэма, которому пришлось покинуть ее более поспешно, чем он предполагал, были найдены документы, еще раз подтверждавшие существование такого союза, и эти бумаги, как уверяет кардинал в своих "Мемуарах", бросали тень на г-жу де Шеврез и, следовательно, на королеву. |
| It was upon the cardinal that all the responsibility fell, for one is not a despotic minister without responsibility. | Вся ответственность падала на кардинала, ибо нельзя быть полновластным министром, не неся при этом ответственности. |
| All, therefore, of the vast resources of his genius were at work night and day, engaged in listening to the least report heard in any of the great kingdoms of Europe. | Поэтому, напрягая все силы своего разностороннего ума, он днем и ночью следил за малейшими изменениями, происходившими в каком-либо из великих государств Европы. |
| The cardinal was acquainted with the activity, and more particularly the hatred, of Buckingham. | Кардиналу была известна энергия, а главное -сила ненависти Бекингзма. |
| If the league which threatened France triumphed, all his influence would be lost. Spanish policy and Austrian policy would have their representatives in the cabinet of the Louvre, where they had as yet but partisans; and he, Richelieu-the French minister, the national minister-would be ruined. | Если бы угрожавший Франции союз одержал победу, все влияние его, кардинала, было бы утрачено: испанская и австрийская политика получила бы тогда своих постоянных представителей в луврском кабинете, где пока что она имела лишь отдельных сторонников, и он, Ришелье, французский министр, министр национальный по преимуществу, был бы уничтожен. |
| The king, even while obeying him like a child, hated him as a child hates his master, and would abandon him to the personal vengeance of Monsieur and the queen. He would then be lost, and France, perhaps, with him. All this must be prepared against. | Король, который повиновался ему, как ребенок, и ненавидел его, как ребенок ненавидит строгого учителя, отдал бы его в руки своего брата и королевы, ищущих личного мщения; словом, он погиб бы, и, быть может, Франция погибла бы вместе с ним... Надо было предотвратить все это. |
| Courtiers, becoming every instant more numerous, succeeded one another, day and night, in the little house of the bridge of La Pierre, in which the cardinal had established his residence. | Поэтому в маленьком домике у Каменного моста, который кардинал избрал своей резиденцией, днем и ночью сменялись курьеры, причем число их возрастало с каждой минутой. |
