| Upon my honor, this man fancies the world belongs to him. | Клянусь честью, этот человек воображает, что он владеет всем миром! |
| There you stood, stammering, stupefied, annihilated. One might have supposed the Bastille appeared before you, and that the gigantic Medusa had converted you into stone. | Вы стояли перед ним и что-то бормотали, ошеломленный, подавленный... Можно было подумать, что вам уже мерещится Бастилия и что гигантская Медуза собирается превратить вас в камень. |
| Is being in love conspiring? You are in love with a woman whom the cardinal has caused to be shut up, and you wish to get her out of the hands of the cardinal. | Ну скажите, да разве быть влюбленным - значит составлять заговоры? Вы влюблены в женщину, которую кардинал запрятал в тюрьму, и хотите вызволить ее из его рук. |
| That's a match you are playing with his Eminence; this letter is your game. | Вы ведете игру с его высокопреосвященством, это письмо - ваш козырь. |
| Why should you expose your game to your adversary? | Зачем вам показывать противнику ваши карты? |
| That is never done. | Это не принято. |
| Let him find it out if he can! | Пусть он их отгадывает, в добрый час! |
| We can find out his!" | Мы-то ведь отгадываем его игру! |
| "Well, that's all very sensible, Athos," said d'Artagnan. | - В самом деле, - согласился д'Артаньян, - все, что вы говорите, Атос, вполне справедливо. |
| "In that case, let there be no more question of what's past, and let Aramis resume the letter from his cousin where the cardinal interrupted him." | - В таком случае, ни слова больше о том, что сейчас произошло, и пусть Арамис продолжает читать письмо своей кузины с того места, на котором кардинал прервал его. |
| Aramis drew the letter from his pocket; the three friends surrounded him, and the three lackeys grouped themselves again near the wine jar. | Арамис вынул письмо из кармана, трое его друзей пододвинулись к нему, а слуги опять столпились вокруг бутыли. |
| "You had only read a line or two," said d'Artagnan; "read the letter again from the commencement." | - Вы прочитали всего одну или две строчки, -заметил д'Артаньян, - так уж начните опять сначала. |
| "Willingly," said Aramis. | - Охотно, - ответил Арамис. |
| "My dear Cousin, I think I shall make up my mind to set out for Bethune, where my sister has placed our little servant in the convent of the Carmelites; this poor child is quite resigned, as she knows she cannot live elsewhere without the salvation of her soul being in danger. | "Любезный кузен, я, кажется, решусь уехать в Стенэ, где моя сестра поместила нашу юную служанку в местный монастырь кармелиток. Бедняжка покорилась своей участи, она знает, что не может жить в другом месте, не подвергаясь опасности погубить свою душу. |
| Nevertheless, if the affairs of our family are arranged, as we hope they will be, I believe she will run the risk of being damned, and will return to those she regrets, particularly as she knows they are always thinking of her. | Однако, если наши семейные дела уладятся так, как мы того желаем, она, кажется, рискнет навлечь на себя проклятие и вернется к тем, по ком она тоскует, тем более что о ней постоянно думают и она знает это. |
| Meanwhile, she is not very wretched; what she most desires is a letter from her intended. | А пока что она не так уж несчастна: единственное ее желание - получить письмо от своего возлюбленного. |
