Материнского восторга он в тот вечер так и не ощутил, зато гнев отца — в полной мере. Обычно спокойный и молчаливый Терренс-старший словно взбесился и впервые в жизни выдрал сына ремнем со словами: "Мой сын никогда не будет из этих!" Синди хотел спросить, кто такие "эти", но тут отец как раз взялся за ремень и стало не до вопросов. Мать не вмешивалась, и мальчик понял, что она вовсе не так рада, иначе она велела бы отцу перестать.
С тех пор Синди твердо усвоил, что он будет плох в любом виде, если только он не танцует. Во время танцев все забывали, что он родился не тем, кем надо, вместо упреков ему доставались похвалы и аплодисменты, вместо недовольно нахмуренных лиц вокруг были искренние улыбки. Синди понял, что может спастись только одним способом — танцевать до умопомрачения, и тогда родители, может, и согласятся, что он чего-то стоит.
До четырнадцати лет Синди дожил спокойно, если можно назвать спокойной жизнью лавирование между перепадами настроения матери и равнодушным невмешательством отца. А вот в четырнадцать на него свалилось сразу два судьбоносных открытия. Первое — о существовании Квентина Вульфа и Дженнифер Серпент. Второе — он гей.
Квентин и Дженнифер были звездами того уровня, о котором Синди мог только мечтать и вздыхать. Его собственные победы на фестивалях округа выглядели жалкими заслугами по сравнению с блестящим успехом этой пары. Квентин и Дженнифер собирали громадные залы, они облетели полгалактики с выступлениями, догадками об их личной жизни полнились все таблоиды. Впрочем, на эти догадки они подчеркнуто не обращали внимания. Они работали, и работой их был танец. Сухощавый, изящный, но при этом лишенный и намека на женственность Квентин и сдержанная, пластичная, миниатюрная Дженнифер заставляли вздыхать о себе три четверти подростков, а то и зрителей старше. Даже те, кто оставался равнодушным к их образам, не могли не признавать поразительного таланта этой пары.
Синди впервые увидел их выступление в супермаркете, куда был послан за какой-то мелочью, и в итоге был выруган за задержку, потому что стоял там посреди зала, пока не кончилась программа. Но тогда Синди даже не обратил внимания на ругань, потому что увиденное поразило его настолько, что какие-то еще чувства и эмоции остались за кадром.
Квентин и Дженнифер были неправильными танцорами с точки зрения того, чему учили Синди. Они не видели и не признавали никаких рамок, ограничений и стилей, их танцы не вписывались ни в один стиль, это была смесь, калейдоскоп, восхитительный микс из всего, что Синди доводилось видеть раньше. Казалось, что они чувствуют самую душу музыки и воплощают ее через жесты, взгляды, движения, мимику. Звездный дуэт показывал зрителям все, о чем Синди раньше догадывался и мечтал, но не мог оформить свои смутные догадки во что-то ясное. В какой-то момент он почувствовал разочарование: значит, то, что он хотел сделать своим открытием, было придумано и воплощено до него? Однако апатия тут же сменилась уверенностью: раз смогли они, то сможет и он! Синди был лишен и тени сомнений в своих способностях танцора. В противном случае ему бы пришлось признать, что он ни на что не годен.
На просьбу Синди отправить его в студию, которую недавно открыл Квентин Вульф, мать ответила решительным отказом. Она даже не ограничилась запретом, а объяснила, что стиль Квентина и Дженнифер вульгарен, а Синди уже добился определенных успехов, и нужно двигаться в том же направлении, что и сейчас. Кроме того ему не следует уезжать так далеко от дома и получить образование в родном городе. Синди изумился этим доводам — мать никогда не обращала особого внимания на его учебу, да и не стремилась к близким отношениям с сыном, чтобы не отпускать его. Он не знал, что Алисия, чья карьера актрисы закончилась, так и не начавшись, не смогла пересилить себя, чтобы устроить сыну звездное будущее. Она, которая так хотела видеть в своем ребенке отражение своего таланта, не могла признать, что Синди способен ее превзойти. После обучения у Вульфа он мог бы стать всемирно известным танцором, Алисия это понимала… и не допускала, предпочитая ограничить его выступлениями и победами в родном городе.
