«Господь не благословил нас радостью рождения. Да славится имя его, кто усомнится в благости его воли? Она была совсем крошкой, и роды начались раньше срока. У нас уже были оповещены лекари и повитухи, и я изо всех сил старалась удержать ее в этой ненадежной жизни, но… но Отец наш рассудил иначе, и я принимаю его волю, хоть и не понимаю ее. Я знаю, что твоя жизнь сейчас нелегка, но я призываю тебя проводить время с твоим сыном, который является истинным даром небес для любой матери и для королевы. Это уже моя шестая беременность, но у меня в детской растет всего один ребенок, и это не принц, о котором я так истово молилась. Да будет воля твоя, отец наш небесный! Я повторяю эти слова снова и снова, всю ночь напролет, когда не могу уснуть от слез.
Сестра наша Мария снова беременна, хвала небесам, но в своем горе я не могу ей ничем помочь. Я с трудом переживаю разлуку с ней и денно и нощно молюсь о том, чтобы ее испытания прошли благополучно. Хотелось бы мне чувствовать себя получше, чтобы помочь ей, но я слаба и измучена разочарованием. Ты поймешь, каково мне, если я скажу тебе, что моя фрейлина, крошка Бесси Блаунт, покинула двор, чтобы родить. Больше я не могу ничего писать. Пути Господни воистину неисповедимы. Надеюсь, ты помолишься обо мне, чтобы я сумела радостно вверить себя его воле, потому что, дорогая Маргарита, сейчас мне хочется умереть от горя.
Екатерина».Мне не хватает силы духа встретить весну так, как мне следовало бы это сделать. Каждый день я вижу больше тюдоровской зелени, каждый день тает еще немного снега, а солнце светит немного ярче. Перед церковью среди березок проклевываются первые подснежники. Птицы начинают петь по утрам, и ветер доносит в окна ароматы теплой земли и почек, и временами мне кажется, что возрождение еще возможно. Может быть, и я очнусь от долгой зимы разочарований.
