– Да нет, говорят, от истощения, – отвечает Арчибальд, продолжая внимательно читать, но в его голосе слышны нотки смеха. – По милости своей молодой и красивой жены. Король Англии пишет, что его место займет Франциск I, а он вовсе не настроен к Англии дружелюбно. Ваш брат говорит, что мы не можем позволить Олбани явиться в Шотландию, потому что он просто передаст ключи от севера Англии французам.
Он продолжает медленно читать, хмуря гладкие брови.
– Ваш брат пишет, что он сделает все, что от него зависит, чтобы задержать выезд Олбани, но вам следует отменить решение совета лордов и помешать ему.
– Каким образом? – спокойно спрашиваю я. – Я истратила все золото и драгоценности в этой осаде, у меня нет армии и нет власти. Твои люди уходят каждый день. Мы просто не выдержим.
– Напишите и расскажите об этом брату, – рекомендует Драммонд. – Скажите королю, что вы готовы исполнить его указы, но если он не хочет, чтобы на трон Шотландии сел француз, он должен прислать нам денег. Мы сохраним Шотландию независимой или в качестве придатка Англии, это уже не имеет значения, но он должен прислать денег! Смотрите, это же лучшее, что могло произойти! Теперь мы нужны ему. Донесите до него, что он должен будет заплатить, чтобы удержать Шотландию. Мы назовем свою цену.
– Но как же Мария? – спрашиваю я, возвращаясь к столу и беря перо, чтобы написать умоляющее письмо. – Что он говорит о ней?
– Ничего. – Арчибальд внимательно просматривает почерк секретаря. – Ах да, он говорит, что отправляет во Францию герцога Саффолк, Чарльза Брэндона, чтобы он вернул ее в Англию, если она не беременна наследником французской короны.
– Он отправил Брэндона? – Мне с трудом верится в безрассудство брата. Он же собственными руками бросает их в объятия друг другу в самый первый месяц ее вдовства! Кого, по его мнению, она так страстно желала, когда добивалась от него согласия на ее свободный выбор второго мужа? Не может быть, чтобы он совершенно об этом не думал!
Спустя несколько недель лишь до меня доходят вести о том, что наш брат был одурачен нашей милой младшей сестрой и что она доигралась до утраты его королевской милости. Ее письмо доходит до меня через руки торговца, получившего его от одного из своих покупателей в Париже, который знал, что тот отправляется в Шотландию. Письмо потерто от долгого путешествия, но печать на нем цела. Мария пишет:
