— Про то, что он твой биологический отец? Ты сохранил одну опасную фотографию. Некой Лили Пятницы. Она и рассказала о романе твоей матери с Волошиным. Кроме того, деньги-то за его проданный дом Захаров тебе привёз. Разве нет? Я думал, ты сделаешь документы на фамилию Волошина.
— Так и было. Но потом я женился…
— И чем ты сейчас занимаешься?
— Не поверишь. Домашним хозяйством. Дочь воспитываю, ей четыре года…
— Примерный семьянин? — Владимир присел на стул спиной к стене. — Как удивительно.
— Такая вот перипетия, внезапная перемена в судьбе. А знаешь, в чём радикальное отличие задач от проблем? Задача — это когда надо попасть в цель. Проблема — когда в тебя целятся!
— Ну что же, тогда пистолет был у тебя, и ты прикрывался моей дочкой и беременной женой. Сейчас диспозиция коренным образом изменилась. Пистолет у меня, и прикрываться тебе некем.
— Не хотел я в тебя стрелять, Володька. Уж ты поверь! Просто не к месту и не ко времени ты заявил, что Сашка не мой сын, а Мудрова. Я и без того в стрессовой ситуации был, а тут и вовсе сознание помутилось… Я очень рад был, когда узнал, что ты выжил и даже на работу вернулся. Ты был моим единственным другом.
— Я тоже не хочу в тебя стрелять, так что не провоцируй. Если что, попаду не в лоб, а в коленную чашечку. Это больно. Давай спокойненько наденем наручники и поедем кататься по Ростову. Правда, недолго будем колесить.
— Я всё равно не твой клиент. Твоё дело только оформить задержание, а далее организовать моё этапирование в родной Омск. Так сказать, по подсудности, — усмехнулся Сергей.
— Так я и сделаю. А ты на что надеешься? На то, что сбежишь на этапе, как Золотовы? Или на то, что присяжные тебя оправдают? И то и другое весьма сомнительно.
— В сортир-то я могу зайти на дорожку?
— Да, пожалуйста. Пистолет твой на месте, за трубой, только, уж извини, но он разряжен, так что вряд ли пригодится.
Скворцов стоял посреди кухни, переступая с пятки на носок и слегка раскачиваясь взад-вперёд. Леонтьев помнил, что он всегда так делал, когда волновался или принимал важное решение. Внимательно оглядев помещение, будто видит его в последний раз и прощается, Сергей спросил:
— А на последнее желание я имею право?
— Тебя же не на расстрел ведут, пока только в камеру.
— Но ты же понимаешь, что на свободе мне уже до конца жизни не выпить. Пять минут на пороге вечности ничего не решают. Давай так. Рюмка водки, сигарета — и поехали.
— А говорил, что вечность — временное решение, пока не определится начало и конец.
— Это не я, а Ежи Ленц.
— Ты же не водку, а виски пьёшь? — перевёл Владимир тему ближе к ситуации.
— Вот его и выпью. С твоего позволения. Тебе не предлагаю, ты при исполнении.
Сергей достал из шкафа початую бутылку виски и налил грамм сто в хрустальный стакан. Отпил большой глоток, прикурил сигарету прошёл на лоджию и спросил:
— Как ты меня нашёл?
— Случайно увидел на проспекте, а вычислить квартиру — дело техники.
— Ну что же, всем правит случай. Знать бы ещё, кто правит случаем, — задумчиво произнес Скворцов.
— Не иначе, Господь Бог, — насмешливо-смиренно ответил Леонтьев, стоя на пороге лоджии. — Ещё какие-то просьбы и пожелания будут?
— Да. Яне ничего не говори. Она девочка правильная и ничего обо мне не знает.
Скворцов затянулся сигаретой, щелчком пальцев отправил её вниз и медленно выдохнул дым. По тому, как резко покраснело его лицо, оперативник понял, что беглец готовится к решительному действию, и машинально отступил на шаг назад, поднимая ствол. Но того, что произошло в следующее мгновение, он никак не мог ожидать. Опершись руками о перила и приподнявшись, Скворцов легко перекинулся через них…
— Сергей, — отчаянно вскрикнул Владимир, которому не хватило всего одной секунды, чтобы успеть схватить самоубийцу за ноги.
Отзвук имени совпал с глухим ударом. Взглянув на распростёртое на сером асфальте изломанное тело, Леонтьев с такой силой рванул висящую на шее цепочку, что разодрал кожу, но не почувствовал боли и с размаха швырнул вниз серебряную змейку, уносящую с собой латунную гильзу. Проскочив мимо стоявших в прихожей и ещё не понявших, что случилось, оперативников он ринулся к лифту. Нажал на кнопку и, не услышав в шахте звуков движения кабины, выскочил на лестницу. Перепрыгивая через две ступеньки, он бежал по ступеням так быстро, как не бегал уже десятки лет…
У места происшествия начали останавливаться люди. Молодая женщина неотрывно смотрела на труп, зажав рот рукой. Мужчина средних лет спешно набирал на сотовом телефоне какой-то номер, возможно милиции или скорой помощи. Владимир взглянул в открытые глаза друга детства и расплывающееся под его головой красное пятно и отошёл в сторону, выискивая то, что нужно было срочно подобрать. Цепочку с прикреплённой к ней гильзой он нашёл у газонного бордюра и сунул в карман брюк.
Подбежали спустившиеся на лифте двоюродные братья Климкины.
— Заканчиваете здесь. Вызвать эксперта, оформить изъятие оружия, камеру не забудьте демонтировать, — ровным тоном произнёс начальник отдела и направился назад к подъезду. Набрал номер Мудрова и сообщил: