Вдруг во тьме и абсолютном хаосе ему на глаза попались детские рукавички и большие покрасневшие серые глаза. Шаг, другой, лезвие просило больше крови. Чёрный, завидев Пилората в ужасе от массивного зверя с длинной шерстью, окровавленным лицом и диким оскалом, отбросил девочку в сторону и закрылся обеими руками. Рука Пилората же не дрогнула, и с уверенностью загнала охотничий клинок ему в живот.

Меридинец смотрел в его глаза, наблюдая как жизнь покидает тело чёрного, тянулся за тем, что обещал исполнить. Он схватил его за запястье, и тут почувствовал на себе взгляд Маруськи. Не отпуская будущей культи, он обернулся, и увидел выражение ужаса на её глазах. Пилорат попытался успокоить внутреннего зверя, и подбежав к девочке, крепко её обнял. Вокруг бегали и орали чёрные, сражаясь с невидимым противником.

Пилорат поднялся на ноги, и прижимая девочку к себе, крутил головой по сторонам, в надежде найти окно. Тот самый путь, что выведет их из этого проклятого лагеря. Казалось, что в ночи он видел волков, или точнее по размерам они больше были похожи на волколаков. Только ни те и ни другие не пользовались стрелами. Двигались они точно по-звериному, передвигаясь то на двух лапах, то на всех четырех. Огромные клыки и когти, выкованные из стали, рвали чёрных на части, словно тряпичных кукол. Потеряв своего вожака от внезапного нападения, недолго оставалось до того, как они в ужасе разбегутся кто куда. Это и произошло.

Пилорат заметил, что самое безопасное место для него и Маруськи это возле пыточного столба с остальными пленниками. Боль вернулась как по расписанию. Он снова сильно захромал, только в этот раз он очевидно держался за рану на животе, и едва слышно рычал от мук. Маруська подхватила его как могла, но огромная туша меридинца для неё весила словно целая гора. Пилорат упал на колени, хватая ртом воздух и приказал девочке не отходить от него ни шаг.

Сама же Маруська вертела головой по сторонам, как цыпленок в курятнике, и топталась на месте в нерешимости. Она не ослушается своего защитника, только вот не знала, чем может помочь. Вокруг царила полная неразбериха. Крики людей, звуки рвущейся плоти, хлюпанье крови и слюны. Всё это в кромешной тьме. Пилорату нужно было всего несколько секунд, чтобы побороть боль и подняться на ноги, но этого времени могло и не быть, так как один из Чёрных решил отомстить перед смертью. Он с диким воплем бежал на них, задрав высоко над головой секиру. Маруська пискнула и буквально оцепенела от страха. Она смотрела на того, кто хотел её убить, и ничего не могла поделать, даже пошевелить кончиком пальцев.

Вдруг перед ней выбежала древолюдка, та, что ранее назвалась Закхрой. Она схватила небольшой нож и, закрыв глаза, выставила его перед собой. Вряд ли это остановило бы опытного мародера, но, когда она решилась открыть глаза, он лежал у неё под ногами, хватая ртом воздух. Охотничий нож торчал у него из шеи, хоть она всё еще и держала свой. Пилорат зарычал и вновь попытался подняться, но едва встав на одну ногу, вновь оказался на земле.

Древолюдка в ужасе выронила нож и подбежала к нему. Она попыталась его поднять, но как для Маруськи для неё он был слишком тяжел. Девушка попыталась найти причину, найти то место, из которого бы торчал кусок стали или стрела. Однако внешне тело меридинца было в полном порядке, несмотря на несколько старых зарубцевавшихся шрамов.

— Внутренние повреждения? Может контузия или разрыв органа? Ах, стоило уделить время другой литературе, когда была возможность.

«Разрыв», — словно молнией пронеслось в голове девочки. Она вспомнила как несколько дней назад, Пилорат полез на дерево, чтобы собрать подсохших шишек. Он обещал научить её плести ожерелье из шелухи, точно такое же, какое плела его мама каждый год. Тогда он сорвался и упал на землю, и так же задыхался. Она вспомнила, потому что он порвал свои штаны зацепившись за сук. Маруська зашивала из ниток, которые дала ей Рожка еще в деревне, а Семирод занимался ранами меридинца.

Старик говорил непонятные и тяжелые слова, которые она не могла понять, но взгляда не отрывала. Маруська помнила, что Семирод тогда воспользовался колдовством, чтобы облегчить боль защитника, так же как и помнила, что он говорил ему если боль вернется, а рядом не будет лекаря, есть один старый и верный способ избавиться от мук, которым пользовались еще до появления волхвов. Трюк своего рода, магия организма.

Маруська захлюпала по сырой земле и надрываясь подняла скользкий камень. Он скользил по детским пальчиками, поэтому она торопилась. Девочка, оказавшись перед Пилоратом, мысленно извинилась и закрыв глаза отпустила. Пилорат издал глухой рык, и с удивлением в глазах посмотрел на девочку. Камень упал на его левое мясистое плечо. Он не понимал зачем она так поступила? Неужели была настолько зла на него или испугана, что пыталась убить? Нет… не может быть. Пилорат повернулся к ней, как вдруг почувствовал, что может встать.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги