Гениальность Н. Гоголя общепризнана. Читатели его произведений могут составить каждый свое суждение по этому поводу. Но вот дополнительное соображение: приехавший в Петербург после окончания гимназии Н. Гоголь, не откладывая, направляется к гениальному А. Пушкину. Проходит время, Н. Гоголь, известный, прославленный писатель, публикуя "Мертвые души", "приглашает к себе" ... всех. А вот никто не приходит. И это при том, что откликнувшись на просьбу, приглашение Н. Гоголя, вступив с ним в переписку, написавший ему имел возможность не только получить шанс стать крупной или не крупной литературной фигурой, но и изменить собственную жизнь к лучшему (об этом более подробно при обсуждении темы "кармическое влияние Гоголя").
Едва приехавший в Петербург и спешащий к Пушкину Н. Гоголь...(без приглашения). И "не пришедший" к Н. Гоголю "Никто"...(при наличии приглашения). Если - само по себе - не свидетельство гениальности, то, по меньшей мере, особого склада личности.
Генрих Шлиман создал своего рода Международный частный Университет заочного обучения археологии и древней истории (обучающий через прессу и посредством научных публикаций, медиасобытий, неискушенные в археологии и древней истории массы европейского населения). Однако он не приглашал широкие слои публики на места своих раскопок. Если для раскопок на месте Помпей, Геркуланума, в Афинах массовые посещения публики были реальностью, то иными были ситуации в Трое и Микенах.
Николай Гоголь приглашал к участию в литературном творчестве широкий круг читателей...
"Уже в предисловии ко второму изданию первой части "Мертвых душ" он обращается ко всем читателям с призывом поделиться с ним какими-либо заметками, впечатлениями, описаниями черт национального характера, событий, относящихся к русской жизни. (...) К его огромному удивлению, никто не ответил на его просьбу" [Труайя А. С. 503-504].
Некоторые его (Н. Гоголя) усилия не остались без полезного результата.
В 1847 году он написал С.Т. Аксакову: "Может быть, я и вас полюбил бы несравненно больше, если бы вы сделали что-нибудь для головы моей, положим, хотя бы написанием записок жизни вашей, которые бы мне напоминали, каких людей следует не пропускать в моем творении. Но вы в этом роде ничего не сделали для меня. Что же делать, если я не полюбил вас так, как следовало полюбить вас" [Труайя А. С. 502].
"Смирновой ... он давал еще более четкие инструкции. Если она верила его слову и в его талант, она должна была во всех письмах к нему набрасывать портрет человека из своего окружения" [Труайя А. С. 504-505].
Что дальше?
"Мемуарно-биографическая трилогия Аксакова заняла в истории русской литературы важное место. Она получила восторженный приём и от читателей, и от критиков. Последние отмечали новизну формы составляющих трилогию произведений и их роль в будущем развитии жанровой прозы в России. Аксакова, наряду с Гоголем и Тургеневым, приводил Лев Толстой в одном из вариантов предисловия к "Войне и миру" как иллюстрацию того, что русская художественная мысль находит для себя новые формы, не укладываясь в традиционные рамки романа" ["Аксаков С.Т."].
В 1989 году опубликована книга: Смирнова-Россет А.О. "Дневник. Воспоминания". Общий объем книги (с примечаниями, сопроводительной статьей) - 790 страниц. Серия "Литературные памятники". Неплохой пример литературного труда.
(В этом дневнике есть любопытное упоминание Александры Осиповны о николаевской армии: "Я раз слышала ужасный крик у гауптвахты. Несчастный рядовой кричал: "Ваше высокоблагородие, за то, что одна пуговица худо пришита, 500 розог!"" [Смирнова-Россет А.О. C. 114]).
С долей условности и, несколько гиперболизируя, можно говорить о попытке Н. Гоголя создать Литературный институт, пусть и заочный (быть может, ему вспоминался его приезд в Петербург, попытка сразу же увидеть Пушкина, те непростые ситуации, которые возникли у недавнего выпускника гимназии в столичном городе. ("Полезли". То есть, "полезло"). Наверное, для организации Литературного института время еще тогда не пришло.
Можно ли в таких обращениях Н. Гоголя "ко всем" увидеть некоторый прообраз опроса общественного мнения? Наверное, да.
"Этой книжной мудростью Пешков пропитался не меньше, чем пылью нижегородских улиц и волжскими далями, песнями дяди Якова и матерщиной дяди Михаила, сказками бабушки и рассказами дедушки. И все это вместе, от первого бычьего мосла, подобранного на помойке, до первой прочитанной философской книги, можно считать "университетами" Горького" [Басинский П.В. Страсти по Максиму].
"По инициативе Горького был создан Литературный институт - единственное в мире учебное заведение для подготовки писательских кадров. Институт существует и сейчас. Со дня основания он носит имя Горького" [Нефедова И.М.].
