Так что даже и без грозных крылий, вздёрнутых пинн и клокочущих рострумов самозваных спасителей Тайрену хватило бы ума воздержаться от всяческих попыток начинать творить историю. Обидно было другое. За них опять кто-то решал. Ирны, летящие, эффекторы, Вечные, Соратники, Воины. Что ещё должно статься с их несчастной расой, через какие ещё передряги человечество должно пройти, чтобы заслужить, наконец, доверие, заслужить право самим совершать ошибки и возможность самим же их исправлять?
Неужели никогда? Неужели нет шансов, всё, баста, приплыли?
И за какие такие грехи им всё это наказание! Люди не убивали Мать. Это сотворили Соратники. Люди отнюдь не добровольно покинули свой мир, этот выбор сделали за них. Эти самые летящие на пару с Ромулом. Не люди навлекли на себя дамоклов меч Железной армады, Бойня Тысячелетия ясно продемонстрировала всем, у кого в этой галактике были глаза — так или иначе эти твари придут за всеми.
Так в чём тогда смысл? Почему человечество оказалось в итоге заперто в клетке Барьера? Только лишь потому, что космачьи спасители явились и соизволили их спасти? Так лучше бы не спасали вовсе.
Любые размышления на эту тему всегда приводили Тайрена к подобному финалу. И каждый раз он непроизвольно тянулся к панели вызова. Превиос, советник, кто угодно, хоть бы и кто-то из спасителей. Пусть скажут, пусть ответят.
Впрочем, молчаливые тени Крыла продолжали хранить упорное молчание, так что к ним обращаться было бесполезно. Как и к Дайсу с Эй Джи. Эти если и думали своё в подобном же ключе, с Тайреном — коммандером Тайреном — предпочитали ими не делиться.
Оставались командирши.
Но с ними старый дайвер скоро сообразил, что любые попытки вызвать их на диалог в итоге сводились к довольно бессмысленной логической петле. Превиос с монотонностью квола талдычила своё про то что с миллионолетних перспектив всё это неважно и бессмысленно, человек слишком юн для всех этих парадоксов и дилемм, ирн же быстро низводила всё до фарса.
— Душечка, но ирны же спокойно живут за собственным Барьером и ничуть по этому поводу не сокрушаются!
После чего в канале раздавался её заливистый смех. Звучал он искренне, без подколки, как будто советник и правда не понимала, что с ними всеми не так.
Так что поневоле оставалось разбираться внутри собственной головы. Не с кволом же беседы вести.
Ну, или кто-то к Тайрену в личный канал сам стучался.
— Коммандер, мы так и будем ждать, когда они без нас решат, что с нами делать?
Это Дайс, самый рассудительный из своего экипажа. Где-то они все теперь? Кормакур увёл на спасботе, пока едва удерживаемая на плаву «Джайн Ава» полоскалась у самого файервола в нейтринный шторм от треклятых «глубинников».
Погодите. До Тайрена только сейчас дошло.
— Можно подумать, у нас есть какой-то выбор. Мы прорываться с боем не способны, эта галоша даже врубив прожиг их только насмешит. Ты мне вот что скажи, «глубинники», ну, эти, как их, мета-стабильные бран-гравитоны. Что мы вообще о них знаем, кроме названия?
Дайс помолчал, явно роясь в справочниках.
— Ничего определённого, квазичастица-анион, особая струнная свёртка компактифицированных измерений, своего рода гибрид между обычным гравитоном и суперсимметричным гравитино. Мета-стабильна в нейтринных полях, при распаде формирует каскад бесцветных истинных кварков, порождающий цепную реакцию фазового перехода обычной звёздной плазмы в кварк-глюонную материю, но, поскольку стрэнглетные ядра в первичной плазме нестабильны, то поглотившая «глубинник» звезда, неизбежно компактифицируясь, превращается в сверхновую.
— Молодец, читать по бумажке умеешь, а знаем мы о них что?
Дайс задумался.
— Ну, что открыты они мозголомами Квантума как раз перед Бойней Тысячелетия, во время которой активно применялись для отсечения и уничтожения крупных скоплений Железной армады. Плюс, как мы недавно выяснили, сами по себе нейтринные бури надёжно блокируют в районе детонации любые надпространственные перемещения.
— Нет, это всё не то.
— Если бы не «глубинники», мы бы хрена космачьего провели полноценную триангуляцию фокуса?
— Ближе. Но всё равно не то.
— Тогда я сдаюсь.
Дайс даже в виде аватары выглядел растерянным. Чего до него Тайрен доколебался?
— Почему эти штуки называются бран-гравитонами?
— Ах, это. Теория гласит, что подобные квазичастицы относятся к особому классу незамкнутых суперструн, закреплённых своими концами на разных мировых бранах.
— То есть каскад распада такого бран-гравитона должен одновременно происходить на каждой из бран, к которым он прикреплён?
— Если считать концы струн квантово-запутанными объектами то да, выходит так.
— Но это же совсем другое дело! Разве ты не видишь?
Дайс ничего не видел. Он вообще выглядел в этот момент довольно глупо.
— Капитан, сосредоточься. Мы с тобой — первые из людей, побывавшие сразу на двух чужих бранах. Мы в гробах этих ровно поэтому и сидим. Это, по-твоему, совпадение?
— Но в таком случае тот, кто устроил детонацию «глубинников», получается, заранее знал, что делает.
