Портовый, шумный Синеград так же затронула власть Кощея Бессмертного, сделав некогда не спящий ночами город тихим и покорным. В отличие от столицы морской порт сдался без боя, стоило только войску тёмного чародея появиться в зоне его видимости. Купцы, составляющие большую часть населения, были народом ушлым, посему дабы избежать разгрома, согласились выплатить нехилую дань новому Властелину, помимо этого преподнеся в качестве дара богатые одежды да украшения.
Кощея сие устроило, так что трогать Синеград Культу было запрещено, однако временами проверять обстановку в морском городе было обязательно, так что сейчас Василиса шла в сопровождение хмурого Демьяна по торговой улице. Местные, едва завидев нынешнюю власть старались выслужиться, каждый норовил всучить товар на пробу, но члены Культа на сие не велись, направляясь к терему Главы города.
Терем скорее напоминал заморский замок, чем русскую избу, своими башенками с красной черепицей и светлым цветом стен, в коих притаились окна-бойницы. Когда-то город был подвержен частым нападениям пиратов, посему строить каждый раз деревянные избы оказалось делом затратным, и Синеград всё больше использовал камень и подобные материалы, дабы сохранить подобающий вид и крышу над головой после набегов захватчиков. Это делало его всё более не похожим на остальную часть Тридевятого царства, он будто был обособленным и жил собственной жизнью.
Глава принял гостей с распростёртыми объятьями, выделив им лучшие покои и личных служек, от коих те сразу отказались, сославшись на занятость. С Демьяном в отличие от Оксаны отношения были сносными, он много не разговаривал, предпочитая соблюдать все наказы Кощея, не пытался выслужиться и убивать местных. Василисе порой казалось, что суровому колдуну не место в рядах Кощеевой братии, пока не узнала, что тот ещё ребёнком спас его, как, впрочем, и многих других членов Культа. Именно поэтому верхушка молилась своему Повелителю как высшему Божеству.
— Сегодня отдохни после дороги, а завтра приступим к обходу купцов и осмотру кораблей.
— Хочешь найти следы царской семьи?
Василиса в глубине души надеялась, что Сёстры успели укрыть наследников за Синим морем, и скрыть следы своей магии до того, как их мог бы обнаружить Культ.
— Если везение будет нам благоволить. — коротко отозвался Демьян, подобного наказа от Кощея не было, посему он не порывался отправиться на поиски.
— Как думаешь, почему Повелитель до сих пор не убил царя с царицей?
Он смерил её холодным взглядом и лишь пожал плечами.
— Тебе лучше самой у него спросить. Ты более приближена к Повелителю.
Василиса рассеяно кивнула, вспоминая их последний разговор.
— С тех пор как ты появилась, он стал счастливей. — внезапно заметил колдун. — По Повелителю не скажешь, но в глубине души он остался человеком и жаждет простого взаимодействия с другими. Лишь ты можешь его дать.
— А Оксана? Я думала она в нём заинтересована…
— Оксана для Повелителя не боле, чем верный пёс. Он не смотрит на неё как на женщину, а на тебя то и дело поглядывает.
Василиса слегка покраснела, но тут же напустила на себя безразличный вид.
— Сие тебе кажется, Демьян. Повелителя вряд ли может заинтересовать какая-то девка на побегушках.
— Ежели надумаешь предать, я лично твои кишки выпущу. — всё так же холодно процедил колдун, а затем махнул рукой. — Утро вечера мудренее. Да будет веками править Повелитель.
— Да будет веками править Повелитель.
Василиса незаметно выскользнула из покоев, наложив привычные отводящие чары, и направилась к морю. Ещё никогда она не видела столь бескрайней и буйной стихии. Слегка штормило, посему тёмные волны падали на берег, рассыпаясь белым кружевом по россыпи камней. Девушка присела на один из них, устремив взгляд в чернеющую бесконечность и задумалась.
Поначалу ей казалось, что жизнь рядом с Кощеем будет невыносимой, а от его поступков кровь застынет в жилах, но всё оказалось совсем не так, и сие пугало. Тёмный колдун был прекрасным учителем, а ещё отличным собеседником, с которым можно было ночи напролёт говорить обо всём на свете. Кощей был начитан и умён, он прекрасно разбирался во всём от целебных трав до воинского дела, посему слушать его было одно удовольствие. А когда он цитировал наизусть целые заморские трактаты, у Василисы перехватывало дыхание, и невольно вспоминался последний беззаботный разговор с Любавой. Они бы точно не повздорили из-за Кощея, потому что подруге нравились богатыри…
Возникающее в груди чувство пугало и заставляло совершать необдуманные вещи, проявлять ненужную ревность… Вот зачем она взбеленилась из-за Оксаны перед отъездом? Могла бы сейчас сидеть в покоях и пытаться оживить мёртвую кошку под лукавым взглядом учителя. Наверное, когда она вернётся, труп стухнет окончательно…
