Он обнаружился в горнице. Стоял посередине спиной к выходу, разглядывая дёргающиеся на стене оторванные конечности некогда избранного самим Чернобогом, давеча спасшего его простодушного Ивана. Оторванная голова зависла в воздухе, глазные яблоки вертелись ровно по орбите, что чародей находил донельзя забавным, иногда заставляя их вертеться в противоположную сторону. Василису от этого зрелища замутило, она прислонилась спиной к стене, не решаясь сделать и шага в сторону знакомой фигуры.
— Не хочешь сказать мне «с возвращением»? А? Зверобой? — он даже не обернулся к ней, поглощённый издевательством над мертвецом.
Василиса молчала, в её интересах было как можно дольше задержать тёмного чародея, дабы Марья успела сбежать.
— У меня было много времени, чтобы решить, как тебя убить.
— Что решил?
Он всё-таки обернулся. Тёмная радужка, будто сливающаяся со зрачком… Карий цвет шёл ему намного больше.
— Я воплотил в уме множество вариантов, но ни один не показался мне достаточным.
…
— Убить и раскидать части по всему свету. Задушить. Утопить. Скормить свиньям…
— Твоя фантазия не знает границ.
— Сбросить в пропасть. Сжечь на костре. Четвертовать. Заточить во тьме без еды и воды.
— Кажется, последний вариант нравится тебе больше всего?
— О нет… — покачал головой Кощей и в следующий миг оказался прямо напротив, больно приложив девушку головой к стене, схватив её за шею. — Всего этого недостаточно.
Она обмякла в его руках, будто не желая сопротивляться, лишь инстинктивно глотая ртом воздух.
— А потом на меня снизошло озарение.
Кощей отпустил её, и не ожидавшая подобного Василиса мешком упала на пол.
— Смерть для тебя — это награда, а не наказание.
— Смерть не может быть наградой для человека.
— Пфф… Не пытайся меня запутать, Василиса. Я же знаю, зачем ты со мной лясы точишь. Полагаешь, пока мы с тобой мило беседуем, твоя подружка успеет спастись?
— Делай со мной, что хочешь, но не тронь хотя бы её.
В горницу вбросило Марью, что приземлилась прямо на живот и застонала.
— Всё, как приказывали, Повелитель. — раздался голос Оксаны.
— Подготовь всё к отбытию, я здесь быстро закончу.
— На всё ваша воля.
Дверь за ней закрылась.
Василиса было бросилась к Марьей, но её как котёнка швырнуло обратно в стену. Кощей подошёл к лежащей на полу колдунье, магией перевернув её и прижав к земле, не давая двинуться.
— Интересно, кого же послали небеса этой красной девице? — нараспев протянул он. — Дай-ка я взгляну. Иван-покойничек так ждал, так ждал, жаль не дождался.
— Нет! Не смей! — сорвалась на крик Василиса, она пыталась вырваться, но всё было тщетно.
— Хотя… Я могу дать ему поучаствовать. — Кощей поманил к себе мёртвую голову Ивана, что зависла прямо над Марьей, высунув язык.
— Не издевайся над ней! Хватит! Тебе нужна я, дак прикончи меня!
— Как назовём будущего покойничка? — он присел на корточки рядом с обессиленной девушкой, и одним движением разорвал сарафан на её животе. — Так-так. Мальчик или девочка, девочка или мальчик? Ты как считаешь, Василиса?
— Убери от неё руки! Убей меня! Делай, что хочешь, но не тронь ребёнка!
— Не трогай дитя. — пыталась сопротивляться обессиленная Марья, но Кощей её не слушал.
— Скучно, как с вами скучно! Вы такие… — он задумался, подбирая подходящие слова в голове. — Пресные.
— Кощей! Пожалуйста!
— Может, малой меня порадует. Дак кто-там? Мальчик, девочка? — Кощей пробежался показательно задумчивым взглядом по бледной как мел Марье. — Нравится чувствовать бессилие? Мне тоже было весело два десятка лет коротать время в подземелье.
— Убей меня, но не тронь дитя. — взмолилась девушка, но мучитель словно её не слушал.
— Зачем гадать кто там внутри? Лучше просто увидеть!
Он пальцем коснулся нежной кожи, вспарывая живот, доставая новорождённого из утробы матери.
— Ой, надо же! Только посмотри какая сладкая у тебя девочка! — просюсюкал он и слегка встряхнул дитя, заставляя малышку закричать, поднеся её прямо к лицу зверем кричащей Марьи. — Поздоровайся с мамочкой. Ути-пути, какая зайка.
— Кощей, нет!
— Ой… Кажется, я забыл, что младенцы головку не держат. Неловко вышло.
Марья закричала пуще прежнего, её дорогое дитятко со свёрнутой шеей приземлилось на пол лицом к ней
— Чудовище! Ты настоящий монстр!
Кощей поднялся, отряхнув руки, и направился к Василисе, остановившись прямо перед ней.
— Эй, зверобой. Нелегко любить монстра, не так ли?
— Что ты задумал?
— Ну, мамочке я подарок преподнёс, надо и свою несостоявшуюся невестушку уважить.
— Убей меня!
— Нет-нет, глупый зверобой. Я не убью тебя, зачем же прерывать такие сладкие страдания?
Кощей наклонился к её уху, скользнув языком по мочке, слегка прикусив нежную кожу и прошептал:
— Наслаждайся новым обликом, Василиса. Лишь поцелуй истинной любви вернёт тебе прежнюю жизнь.
Мир внезапно стал огромным, а выросший прямо перед ней сапог Кощея показался настоящим непреодолимым препятствием. Василиса с ужасом взирала на тёмно-зелёные лягушачьи лапки.
— До скорого, болотная.
Он вышел из горницы, хлопнув дверью.
— Марья!
Новое тело совершенно не слушалось, так что Василиса буквально ползком добралась до раненой подруги.
