Поставив жирную точку, Дейдара снялся с кровати, сложил письмо пополам и бросил его поверх разворошённого нутра чемодана. Захлопнув крышку, он вернулся в спальню пятикурсников и покинул башню Когтеврана тем же способом, которым пришёл.
Больше Дейдара не предпринял в тот день никаких активных действий. Только, покопавшись как следует в памяти и припомнив, что в прошлом году, когда Лиам Шелби отдавал ему выигрыш со ставки на квиддич, Фрэнк это как-то прокомментировал, в обеденный перерыв подсел к Долгопупсу.
— Не садись со мной, опальный, — хмыкнул Фрэнк, но на скамейке подвинулся. — Как ты себя чувствуешь, Дэвид? Голова не болит? Тебя когда в последний раз на ментальные расстройства проверяли?
— Завали, Фрэнки, — дружелюбно отмахнулся Дейдара и сделал знак Джиму, чтобы не подходил. Лицо брата вытянулось, но он кивнул и сменил направление; Хината, тоже приметившая принятый у шиноби знак, широко распахнула глаза.
— Не, старик, я серьёзно, — продолжал наседать Фрэнк. — Оспаривать решения Джаса за два дня до матча — ты что, суицидник?
— Ты себе не представляешь, мм! — ухмыльнулся Дейдара. — Но слушай, Фрэнк, у меня к тебе реальный вопрос…
— Нет, ласками у Джаса прощенье не вымолишь, — ляпнул Долгопупс и покраснел до ушей. А Дейдара едва не взорвался хохотом — вот уж не думал услышать цитатки из «Ича-Ича» так скоро! С учётом того, в каком она употреблялась контексте в каноне…
— Не понимаю, о чём ты, — подавил желание заржать ему в лицо Дейдара и спросил: — Что ты знаешь о братьях Шелби?
Фрэнк помрачнел.
— Достаточно, чтобы с ними не связываться. Очень ушлые типы. Младший, Лиам, в моём классе, но я так и не понял за три года, что на уме у этого парня, хотя и пытался. Такое чувство, что он постоянно… — Фрэнк передёрнул плечами, — знаешь, как будто взглядом мерки для гроба снимает. Или как минимум пытается определить, будет ли от тебя ему какая-то польза.
«О, родная порода!» — просиял Дейдара, а вслух сказал:
— А что второй?
— Я мало знаю об Эшли, если честно. Но он водится с этим придурком Лестрейнджем, и мне этого более чем достаточно.
— Ага, прекрасно, — Дейдара хлопнул Фрэнка по плечу. — Спасибо, старина, — и принялся за обед, попутно обсуждая квиддич.
В нём ситуация, на взгляд Дейдары, в самом деле была дерьмовой. Джастин хотел играть от защиты, причём защиты агрессивной как противовес жёсткой атаке слизеринцев. Те предпочитали грубую игру с выведением как можно большего числа противников из строя. Джас намеревался попробовать сперва сосредоточиться на слизеринских загонщиках, слаженной паре кровожадных снайперов, и выбить их из игры бладжерами; затем пришибить ловца, а уже потом накидать квоффлов змеям в кольца, поймать Джимом снитч и блаженствовать в роли победителей.
Вот только сколько бы Джастин ни рисовал умных схем передвижения по полю и расстановок западней для загонщиков, Дейдара считал, что ничего не получится. Крэбб и Гойл были матёрыми шестикурсниками, тренировавшимися крошить бладжерами кости при любом удобном случае — этих двух трудяг Дейдара часто замечал с битами и мячами на квиддичном поле во внетренировочное время. Чтобы их снять, нужны ребята помассивнее (для силы удара) и попроворнее Джастина с Фрэнком. Впрочем, Дейдара подозревал, что логика из плана исчезла, потому что у капитана с этими двумя гориллами какие-то личные счёты.
Самое смешное, что Фрэнк был с Дейдарой полностью согласен. О субботнем матче он говорил не с содроганием, но безрадостно. Проникшись его скорбью, Дейдара даже решил приободрить загонщика:
— Джим довольно быстрый, мм. Не будет выделываться и глазеть по сторонам — есть шансы, что всё закончится рано и безболезненно.
По глазам Фрэнка было понятно, что именно на это он и надеялся.
Ну а Дейдара, захваченный азартом противостояния — и вовсе не квиддич горячил его кровь — озаботился тем, чтобы поговорить со всеми членами команды и увести Джима вечером на дополнительную тренировку, во время которой доходчиво разъяснил братцу, целость сколь многих товарищеских костей зависит от него. Джим вроде даже проникся, но с ним никогда не угадаешь. Дав себе обещание следить за братцем на поле, Дейдара завалился пораньше спать.
Утром первым делом он отправился в старый класс на шестом этаже. Дейдаре было искренне любопытно, чем ответят его противники — сдадутся ли сразу или проявят некоторое сопротивление прежде чем Дейдара их размажет по стенке?
И Шелби его не разочаровали.
В тайнике не было комиксов — зато обнаружилось новое письмо, скреплённое зелёным сургучом.
Дорогой мистер Поттер,
Мы были искренне опечалены вашим решением отказаться от предложенного нами сотрудничества, более того, покуситься на нашу собственность.
На данный момент у каждой из сторон конфликта имеется нечто, что другая сторона сочтёт за лучшее вернуть. Мы предлагаем вам встретиться в выбранном вами для тайника месте в субботу после отбоя, чтобы обменяться товаром и обсудить линию дальнейшего поведения в отношении друг друга.
Искренне ваш,
Эшли Шелби
