— Ну ты это, уход за магическими существами в следующем году дополнительным не выбирай — тебе точно не понравится.
— А есть такой предмет?! — просияла Марлин, подскочив со скамьи. Подлетев к Фрэнку, она втиснулась на сидение между ним и Ником и громко потребовала: — Расскажи мне о нём!
— Неугомонная, — тепло проворчала Лили.
Хината легко улыбнулась. Ей нравилась непосредственная и искренняя Марлин, да и Лили, пусть она и не говорила этого никогда, относясь к первокурснице снисходительно-покровительственно — тоже.
— Эй, девчонки, — на освобождённое Марлин место передвинулся Джеймс и, наклонившись над столом, заговорил заговорщицким тоном. За оживлёнными разговорами гриффиндорцев и когтевранцев за соседним столом его было едва слышно. — Мы хотим отпраздновать окончание триместра — вы с нами?
— Что-что ты говоришь, Джеймс? — захлопав глазами, повернулась к нему Мэри, отвлёкшись от подмигивания Нику.
— Это насчёт домашки по зельям, — легко соврал Джеймс, а когда Мэри отвернулась, вновь обратился к Хинате и Лили: — Ну так что?
— Что вы задумали? — прищурилась Лили, пусть и не в конфликте с Джеймсом на данный момент, по-прежнему ему не доверявшая.
— Вы не хотите это пропустить, — Джеймс до того очаровательно улыбнулся, что Лили растеряла львиную долю подозрительности. В поисках совета она повернулась к Хинате.
А та неподдельно задумалась. Авантюры Джеймса редко попадали в рамки школьных правил, и примерным студенткам ввязываться в одну из них явно не стоило. В то же время Лили пылала отрицаемым самой же осторожным любопытством, ну а сама Хината…
На ум пришли давние слова отца:
— Чтобы склонить чашу весов, на неё нужно поместить вес. Если дополнительного груза нет, весы останутся в прежнем положении.
И пусть говорил он это, имея в виду политическую ситуацию в мире (в те времена Хината была ещё полноправной наследницей клана и его надеждой, поэтому отец часто уделял ей время, посвящал в тонкости политики), постулат казался применимым и теперь. Внимание профессора Дамблдора застыло в стазисе на ней. Чтобы изменить его фокус, Хината должна что-то предпринять. Просто вести себя нормально недостаточно.
— Кого ты ещё позвал? — тихо спросила она мальчика.
— Сириуса и Хвоста, — отрапортовал Джеймс и бросил быстрый взгляд на преподавательский стол, где царила своя атмосфера, не менее, однако, радостная и расслабленная, чем среди учеников. Не только студенты радовались каникулам.
— А как же Дэвид? — удивилась Лили и заозиралась по сторонам. Хината тоже посмотрела, но обнаружить светлый хвост подрывника ей удалось только за слизеринским столом. Не обращая внимания на раздражённые взгляды змей, Дейдара переговаривался с Рабастаном Лестрейнджем, вызывая периодические взрывы смеха последнего и спокойные улыбки сидевшего рядом Эшли Шелби. Поискав взглядом Итачи, Хината нашла его поглощённым мыслями. А ещё она уловила взгляд Северуса на подрывника — злой, завистливый и полный едва ли не ненависти. От силы его чувств по спине Хинаты пробежали мурашки.
— Дэвид, наверное, будет с этими тусоваться, — насупившись, проворчал Джим, но тут же вновь затянул: — Соглашайтесь, вы не пожалеете!
Хината спокойно улыбнулась. Затея Джеймса, в чём бы она ни заключалась, могла послужить её собственным задачам.
— Ну ладно, уговорил, — чуя поддержку Хинаты, согласилась Лили.
— Тогда встретимся после отбоя в потайном ходе за гобеленом за коридор до Полной Дамы, — Джеймс поднёс кулак ко рту и издал шипящий звук, как от помех в рации. — Как поняли, приём?
— Не прекратишь вести себя, как придурок, отменим миссию, — хмыкнула Лили, и Джеймс, сняв невидимую шляпу, отъехал по скамье обратно к Сириусу и Питеру, тут же сблизил с ними головы и заперешёптывался. — Придурошный он, — проговорила Лили.
— У него доброе сердце, — отозвалась Хината; после знакомства с тараканами разных шиноби она правда считала, что это — главное. Придурошный, не придурошный — дело сугубо субъективное. — Скажи, у Северуса что-то случилось?
Лили моментально посерьёзнела.
— Он не хочет ехать домой, но и не поехать не может, — она сместилась, стараясь в просветах между учениками разглядеть друга. — Почему спрашиваешь?
— Просто так, — отозвалась Хината, не желая делиться с Лили наблюдениями. Скорее всего, Северус просто завидует Дейдаре, его популярности, семье и друзьям. Вот только его взгляд… Хината бы сказала, что у доброго человека такого быть не может.
Оставшееся от пира время они говорили о сущей ерунде, а затем, когда все доели десерт, профессор Дамблдор с улыбкой разогнал студентов по спальням. Добравшись до своей, Хината переоделась в пижаму и села на кровать, не без грусти наблюдая за сборами соседок по комнате.
— Как бы запихнуть?.. — бормотала Лили, силясь всунуть ещё и халат с тапочками в едва закрывающийся чемодан.
— Зачем тебе это всё? — удивилась Гестия, домой собравшаяся ехать с одной сумкой.
