Хината вздрогнула и, уронив сумку, бегом преодолела последние ступеньки и упала на колени перед комком светло-коричневой шерсти. Пушистик. Кролик отчаянно трясся, поджимая к груди лапки, одна из которых…
— Пушистик! — ахнула Лили, пришедшая следом за Хинатой. — Хлоя, что… его лапка…
— Не смотри, — попросила Хината, одной рукой прикасаясь к питомцу, а другой снимая резинку с хвоста. Под её пальцами кролик издал пронзительный звук, от которого на глазах Лили собрались слёзы.
— Пушистик…
— Не смотри, — повторила Хината. Осторожно и ловко она перетянула резинкой точно жгутом повреждённую лапку кролика — окровавленный обрубок.
— Что здесь происходит? — осведомилась Роксана Вуд, с лестницы услышавшая всхлипы. Узрев картину — двух первокурсниц, склонившихся над полуживым кроликом, староста охнула и подбежала к ним. — Мерлиновы кальсоны! Да как же…
— Я пережала сосуды, и крови больше не будет, — механически проговорила Хината, водя пальцами по шерсти приёмного питомца. — Но рану нужно обработать… Роксана, к кому я могу обратиться?
— К Хагриду, я думаю, — взяв себя в руки, сказала Роксана. Из спален спускались другие дети и удивлённо смотрели на их группу, но Вуд резко махала рукой, приказывая им уходить. — Он лесник, присматривает за зверями для профессора Кеттльберна. Я покажу дорогу.
— Я тоже пойду! — заявила Лили.
— Ты лучше умойся, вся зарёванная, — сказала ей Роксана. — И спускайся на завтрак.
— Но!..
— Лили Эванс! Слушайся свою старосту!
Лили вжала голову в плечи и блекло кивнула. Бросив на Хинату полный жалости взгляд, она ушла в направлении ванных комнат.
— Что тут стряслось? — спросил Джеймс Поттер, обращаясь не то к Хинате и Роксане, не то к остановившемуся рядом с ним Сириусу Блэку.
— Не ваше дело, — отмахнулась Роксана и похлопала Хинату по плечу. — Пойдём, Хлоя. Или хочешь, чтобы я…
— Нет, Роксана, спасибо, — проговорила Хината, вставая и аккуратно поднимая на руках Пушистика. Он всё ещё дрожал и казался таким лёгким, почти невесомым — просто-напросто комочек шерсти. — Я понесу его.
— Ого, — пробормотал Сириус, рассмотрев обрубок лапки кроля. Джеймс побледнел и попятился, пропуская Хинату и Роксану к выходу.
Через замок девушки прошли в молчании. Им навстречу попался лишь сэр Николас, факультетское приведение Гриффиндора, однако он, увидев обстоятельства, вопреки обычаю не стал заводить разговор.
Через огромный холл сонные ученики тянулись в Большой зал. Из него неслись ароматы тостов и яичницы, жареных сосисок и кофе, фруктовых и ягодных джемов, но Хината и Роксана прошли мимо, к высоким дверям замка. На улице в этот ранний час ещё лежал густой туман, и тропинка, которую выбрала Вуд, едва угадывалась. Хината поняла, что идут они к Запретному лесу. Она доверяла вести старосте; сама же смотрела на кролика в своих руках, отвечающего ей мутным, преисполненным боли взглядом.
«Кто сделал это с тобой?» — мысленно спрашивала Хината. Вариант у неё был всего лишь один.
Вскоре из тумана показалась кромка леса, у которой пристроилась хижина — Хината и Лили нередко наблюдали из окна своей башни за тем, как в этом доме загорается огонёк. Вот и теперь свет горел в квадратных окнах. Роксана подошла ближе, поднялась по ступенькам к двери и постучала. Из хижины донеслось копошение, и минуту спустя дверь отворилась.
— Чегой-то ты вы в такую рань? — спросил Хагрид. — Случилось что?
— Случилось, — откликнулась Роксана и пропустила Хинату вперёд.
— Простите за беспокойство, — сказала она. — Однако мы не знали, к кому ещё обратиться, — и она без дальнейших объяснений показала леснику искалеченную лапку Пушистика.
— Ох, бедолага! Что с ним стряслось-то? — Хагрид взял кролика — тот уместился у него на ладони — и принялся разглядывать лапку. — Под чары попал, что ль?
— Я не знаю, — ответила Хината. — Вы сможете его подлечить, мистер Хагрид?
— Сделаю, что смогу, — пообещал лесник. — Зайди после уроков, малышка. А ты, Роксана… — он перевёл взгляд на старосту. — Ты бы профессору МакГонагалл сказала, что кто-то чарами опасными балуется.
— Непременно скажу, — согласилась Вуд.
Хагрид кивнул и скрылся в хижине вместе с кроликом, а девушки поспешили обратно в замок на завтрак. Впрочем, переступив порог Большого зала, Хината осознала, что не голодна. Мягкий гул голосов вокруг сделался ей крайне неприятен, и девушка поспешила выскользнуть из трапезной до того, как будет замечена гриффиндорцами. Роксана уже направилась к столу преподавателей и не заметила, что Хината отстала.
Хьюга же, избегая прочих учеников, поднялась на четвёртый этаж, где располагался кабинет заклинаний. На душе было очень холодно и пусто. Ведь та девочка отдала ей кролика, чтобы защитить от нападок соседок по комнате, а вышло только хуже…
— Чего грустим?
Хината шарахнулась и рефлекторно приняла боевую стойку. Дейдара посмотрел на неё с пренебрежением.
— Остынь, малютка, — протянул он. — Мне правда интересно, чего такая грустная?
— Как будто бы ты не знаешь, — звучным полушёпотом отчеканила Хината, не ослабляя бдительность.
Дейдара усмехнулся.
