— З-за что? — пробормотал Мальсибер, его взгляд метался по комнате, ища пути отступления.
— Как будто ты не знаешь…
Мальсибер рванул к двери, но считанных дюймов не дотянулся до ручки — Эван резко и сильно толкнул его, и парень упал на пол, проскользил по светлой плитке до самой стены. Врезавшись в неё спиной, Рей охнул и попытался встать, но Эван оказался быстрее и со всей мощи пнул одноклассника по рёбрам.
Послышался хруст, и Рей заорал. Эти сладкие звуки подстегнули Эвана, и он стал отвешивать новые и новые пинки — по рёбрам, по закрывшим голову рукам, по коленям и бёдрам, — яростно приговаривая:
— Ещё один раз ты, ублюдок, нажалуешься, когда мы будем разбираться с грязнокровкой!..
— Я больше не буду! — захныкал Мальсибер, сжимаясь в клубок. — Эван, пожалуйста!..
— Что здесь происходит?! — в уборную ворвался Уолтер и тут же побледнел. — Розье, какого?!..
— А-а-а! — завизжала у него за спиной Аделоиза Гринграсс, и ей раскатистым смехом ответила Геката Паркинсон:
— Ха-ха, вот что ждёт шестёрок!.. А ну стой, Ади!
— Хватит с него, — Уолтер положил руку на плечо Эвана и потянул назад. С чувством пнув напоследок скулящего Мальсибера, Эван отступил от него и пригладил волосы. Посмотрев на Гекату, крепко держащую подружку, не давая Гринграсс сбежать, он не сдержал благодарной улыбки.
— Я полагаю, все понимают, что произошедшее должно остаться строго между присутствующими? — деликатно уточнил он.
— Что происходит на Слизерине, остаётся на Слизерине, — ответила ему Геката. — Мы ничего не скажем родителям. Верно ведь, Ади?
— Верно, — безвольно промямлила Гринграсс. И как только тётушка Дру додумалась попытаться сосватать эту куклу ему?..
Скулящий у его ног Мальсибер попытался подняться на четвереньки, но потерпел неудачу и завалился на бок, отчего застонал громче. Вновь улыбнувшись — расслабленно, удовлетворённо, — Эван присел перед ним на корточки, и Рей тут же сжался, попытался отодвинуться от него как можно дальше, невзирая на боль.
— Как коварны бывают лестницы, верно, Рей? Не повезло тебе оступиться.
— Н-не п-повезло… — прохрипел Мальсибер, поднимая голову. Теперь он смотрел в глаза Эвану, и в его замутнённом взоре вперемешку с болью искрами мелькало облегчение.
— Давай, я помогу тебе подняться, — Эван протянул руку и придержал Рея, чтобы тот сел. Подоспел Уолтер, и вдвоём они подняли Рея на ноги. — Идёмте ко мне в комнату, я прикажу эльфам принести мази.
— Спасибо, Эван, — пробормотал Рей, когда мимо девчонок они вышли в коридор. Он буквально повис на одноклассниках и был абсолютно не способен даже стоять сам. — Клянусь, я больше никогда тебя не предам!
— Если ты нарушишь клятву, я тебя убью, — спокойно сказал ему Эван. — А сейчас помолчи, тебе нужно отдохнуть и набраться сил после падения.
========== Глава 20. Сентябрь 1972 ==========
Комментарий к Глава 20. Сентябрь 1972
Последние несколько лет я пыталась усесться на два стула сразу: и наукой заниматься, и регулярно писать. Однако настала пора переоценки ценностей и расставления приоритетов — и приоритетом для меня являются работа и получение PhD, которые требуют полной вовлечённости семь дней в неделю. В связи с этим, я не могу более уделять писательству столько времени, сколько уделяла прежде.
Сегодня я публикую все имеющиеся у меня черновики к впроцессникам. Отныне я не знаю, когда будут появляться главы. Я не брошу писать, но это будет происходить ненормированно, когда моя наука будет позволять отвлечь мозг на нечто иное. Я люблю писать, но науку я люблю больше.
Надеюсь на понимание, мои дорогие читатели. Долгие годы вы были со мной, поддерживали меня и дарили море эмоций посредством комментов. Я искренне вас за это благодарю.
Не прощаюсь совсем.
Lutea
По мере того, как межрегиональный автобус приближался к Лондону, Хинате становилось всё неуютнее. Вместе с Лондоном приближались «Хогвартс-Экспресс» и встреча с Итачи — такая долгожданная, такая пугающая. «Как он к этому отнесётся?» — в который раз подумала Хината, бросив взгляд на изуродованную правую руку, с которой доктора в Норвиче так и не решились снять спицы. Бледное утреннее солнце, заглядывавшее в большое окно автобуса, холодило неярким светом их сталь.
