Огромный холл встретил студентов теплом и блеском начищенного до зеркального состояния пола, мраморной лестницы. В песочных часах, обозначающих прогресс факультетов в школьном соревновании, все камни — изумруды Слизерина, рубины Гриффиндора, сапфиры Когтеврана и алмазы Пуффендуя — покоились в верхней половине, ожидая первых успехов и провинностей года. В прошлый раз Итачи принёс много очков своему факультету, но из-за идиотизма Эйвери и Розье Слизерин лишился трёхсот баллов за раз и Когтевран вырвал победу. «Научило ли их это чему-то?» — подумал Итачи, предполагая, что скоро узнает ответ. Ну а пока он проследовал в Большой зал, где пахло воском — за каникулы Итачи порядком отвык от него — и толпой людей: потом, стиральным порошком, перекусами и духами. Еду ещё не подали, и тарелки на длинных столах сияли первозданной чистотой.
Переглянувшись с Хинатой и улыбнувшись ей, Итачи свернул к столу Слизерина. Обычно он, не тративший много времени на еду, устраивался с самого края, ближе к выходу из зала. Однако в этот день Итачи, проигнорировав привычное место, прошёл дальше и сел в самом центре стола.
Слизеринцам действие Итачи явно не понравилось. Проходя мимо, они фыркали, раздражённо вздыхали, пытались невзначай задеть локтем — всё максимально незаметно для преподавателей, уже занявших места за высоким столом. Итачи не показывал, что замечает неодобрение, но отмечал в голове лицо каждого недоброжелателя. Ведь не все, далеко не все дали себе задачу выразить возмущение. Вот Нарцисса Блэк, проплывая мимо в сопровождении подружек и Тристана Фоули, бросила взгляд, но полноценно не повернула хорошенькой головы, вынудив и свиту не задерживаться для комментария. Старосты Гектор Паркинсон и Ева Флинт только синхронно вскинули брови, а Эшли Шелби вовсе кивнул и сел рядом.
— Новый год — новая стратегия, мистер Холмс? — поинтересовался Эшли с лёгкой шутливостью. — Стоит признать, я был впечатлён твоим летним выступлением.
— Благодарю, — откликнулся Итачи, спокойно встречаясь взглядом с пятикурсником. После того, как перед прошлым Рождеством Итачи воспользовался услугами Шелби по зачарованию подарка для Хинаты, они порой переговаривались в гостиной или, чаще, библиотеке. Итачи знал, что сумел заинтересовать старшекурсника. Не понимал пока, чем конкретно.
Поток школьников, вливавшийся в Большой зал, тем временем почти иссяк, но места вокруг Итачи, помимо занятого Эшли, так и остались пусты. Впрочем, буквально через минуту напротив Шелби приземлился растрёпанный Рабастан Лестрейндж.
— Акромантулы бы сожрали всех этих тупых пуффендуйцев! — приглаживая обеими руками волосы, выпалил он, напугав сидевших по другую сторону третьекурсниц. — Эш, ну ты представляешь, эти конченные вообще не смотрят по сторонам, когда идут — пройдутся человеку по ногам, а потом стоят тупят, рты раззявив, «извините» им выговорить не дано!..
Эшли повернул голову, и Итачи тоже приметил, что профессор Стебль неодобрительно смотрит в их сторону. Поправив очки, Шелби уточнил:
— Мы только что ушли в минус?
— Самую малость, — поморщился Лестрейндж, отворачиваясь от профессора травологии. Тут он наконец заметил Итачи; вскинул бровь, посмотрел на Эшли — не получив в ответ никакой реакции, принялся поправлять воротник и галстук. Шелби же вернулся к первоначальной теме:
— И всё же, в твоей истории, Холмс, меня больше всего удивляет то, как «Пророк» её напечатал, — Эшли задумчиво прочёл пальцем по краю кубка. — Как считаешь, кто мог рассказать её журналистам?
— Без понятия, — пожал плечами Итачи. — Быть может, кто-то из попечителей?
На это Эшли мимолётно поджал губы. Он знал, что совершенно не в интересах попечителей было распространение истории о противостоянии им маглорождённого ученика. Явно подозревал, что знал и Итачи.
— Ага, как же! — хмыкнул Рабастан, оставив в покое галстук. Всё ещё разгорячённый после стычки, он не следил за словами. — Кто такой смелый, чтобы выставлять на посмешище совет и Малфоя? Да и вообще, Кафф, новый редактор газеты, на зарплате у моего отца… — он вздрогнул — Эшли пнул его под столом.
— Мне неведомы отношения между попечителями, — спокойно сказал Итачи, притворившись, что ничего не заметил. — Как и неведомы пределы их смелости, трусости или хитрости. Впрочем, я полагаю, гриффиндорцев среди них нет?
— Только мистер Поттер, — ответил Эшли, вновь повернувшись к нему.
Итачи потёр висок, словно бы вспоминая.
— Ах да, ещё ведь и директор Дамблдор, который также присутствовал на слушании.
Тут уже все трое посмотрели на директора школы. Тот с самым беспечным видом насвистывал что-то себе под нос и глядел на высокий затянутый тучами потолок.
